В тот же день в газету «Труд» было направлено письмо от ветерана партии, члена КПСС с 1926 года, Р. Лерт. Не стал бы упоминать об этом факте (мало ли писем приходило в те годы в газеты), если бы не одно «но»: старая партийка в своем послании брала на себя смелость защищать академика Андрея Сахарова, которого «Труд» в своем политическом фельетоне от 28 октября под названием «Хроника великосветской жизни»- припечатывал к позорному столбу как отщепенца и наймита капиталистов, а его жену упрекал в том, что она сделала себе глазную операцию не на родине, а в Италии (операция состоялась 3 сентября). Между тем защищать Сахарова в те годы было крайне опасно: иным за это могли испортить карьеру, а иных и вовсе на тот свет отправить (вспомним случай с академиком Дмитрием Лихачевым, которого только чудо спасло от смерти). Приводить весь текст весьма обширного письма я не стану, ограничившись лишь избранными местами:
«То, что напечатано в вашей газете, — не полемика. И никакая не «идеологическая борьба». Это просто ушат грязи, обдуманно вылитый на голову чистого, честного и гуманного человека, который «поднял голову от научных расчетов, огляделся и усмотрел общую неустроенность дел человеческих».
Вот за это вы и ненавидите его и поливаете грязью. Сидел бы за своими научными расчетами и не нарушал бы монополию: говорить о «неустроенности дел человеческих» положено только вам — и только то, что приказано…
Вы осмеливаетесь упрекать Сахарова в том, что, будучи 1921 года рождения, не принимал участия в войне, а «продолжал спокойно получать образование». Да где была бы сейчас наша страна, если бы в мясорубку войны были брошены все ученые и вся студенческая молодежь?.. Вот в «Книжке партийного активиста» я читаю биографии членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК КПСС. Это — высший штаб нашей страны. Двадцать два человека. Почти все — участники Великой Отечественной войны; большинство значительно превосходят А. Д. Сахарова по возрасту. Однако среди двадцати двух я насчитала четырех человек сахаровского поколения, которые на фронте не были и в войне не участвовали. Одному из них в 1941 году исполнилось 23 года, другому — 24, двум по 27 лет. Возраст, как мы видим, самый цветущий, призывной. Все они, конечно, в годы войны работали или учились. Как ни относиться персонально к каждому из них, но чье-либо утверждение, будто эти люди «по склонностям своим не торопились разделить героическую судьбу своего поколения», справедливо рассматривалось бы как бессовестная клевета. А в отношении Андрея Дмитриевича Сахарова бессовестная клевета, значит, допустима?.. У вас поворачивается язык упрекать в продажности человека, который всю свою Ленинскую премию (сто тысяч рублей) отдал на строительство онкологического центра в Москве…
Кончаю тем же, чем начала: стыдно. Мне — стыдно вдвойне: я — член того же Союза советских журналистов и той же партии, что и редактор «Труда».
Свободное копирование
