Между тем вот уже неделя как начался чемпионат страны по футболу (осенний этап). Столичный «Спартак», который в весеннем розыгрыше занял позорное для себя 14-е место, никаких выводов для себя, похоже, не извлек — играет он по-прежнему без особенной выдумки. Это тем более странно, что незадолго до этого он умудрился выиграть международный турнир в Пальма-де-Майорке, где победил английский клуб «Куинз парк рейнджерс» (3:0) и сгонял вничью с самой «Барселоной» (2:2). Но вернувшись домой, опять стал играть спустя рукава. Так, 17 августа он продул «Зениту» 1:2, но спустя четыре дня реабилитировался в глазах болельщиков и обыграл столичный «Локомотив» 3:1. Однако обстановка в команде все равно оставляла желать лучшего. Иначе с какой такой радости из нее ушел бы перспективный защитник Олег Романцев? Он был приглашен в «Спартак» несколько недель назад из красноярского «Автомобилиста» и был на хорошем счету. Во всяком случае, тот же А. Пискарев в своем интервью «Вечерней Москве» за три дня до начала осеннего первенства сказал: мол, мы верим в Романцева и других молодых игроков. Как вдруг вскоре после матча с «Локомотивом» Романцев принимает решение покинуть именитый клуб. Много позже он сам раскроет тайну этого ухода:
«Коллектив в «Спартаке» был не таким хорошим, как мне бы хотелось. Он очень сильно отличался от тех, в которых я играл в Красноярске как в баскетбольной, так и в футбольной команде. В то время в «Спартаке» было два лидера, фамилий называть не буду, да это и не нужно. Они ненавидели друг друга, даже по утрам не здоровались, и каждый из них пытался перетянуть в свою группу большинство игроков. И, как назло, поддерживающих ту и другую кандидатуру оказалось равное количество. На тренировках иногда доходило до того, что противники, если их так можно назвать, уходили в крови. Эта атмосфера мне ужасно не нравилась, поэтому я запирался в комнате и читал. Но покоя практически не было, так как и я должен был принять чью-либо сторону. Соответственно, то одни приходили и приглашали посидеть чаю попить, то другие — музыку послушать. Но я говорил: «Нет, ребята, мое дело тренироваться и хорошо играть, а вы уж сами в этой ситуации разбирайтесь». В общем, я не общался ни с теми, ни с другими. А потом взял и уехал… Проснулся в шесть утра, разбудил Витю Папаева (мы жили с ним в одном номере), попросил его передать бутсы, которые я получил в «Спартаке», собрался и уехал. А чтобы меня где-нибудь не перехватили и не вернули назад, купил билет на поезд. Трое с половиной суток я ехал домой. С какого-то полустаночка отправил матери телеграмму, в которой сообщил, что жив-здоров, еду домой на поезде, но ты всем говори, что не знаешь, где я. Пока ехал, в Красноярск прилетали из «Спартака», чтобы забрать меня обратно, но не тут-то было! Возвратившись домой, стал играть в «Автомобилисте». Ну и естественно, когда звонили из «Спартака», говорил, что не вернусь, что мне хватит высшей лиги, что могу играть только в команде. В тот момент мне не показалось, что «Спартак» был командой в полном смысле этого слова. Но не подумайте, что я сбежал из команды, как крыса с тонущего корабля. За «Спартак» я играл в первом круге, команда шла где-то пятой, так что и речи быть не могло, что она «вылетит» из высшей лиги…»
Кстати, чуть позже Романцев все-таки вернется в «Спартак», даже станет капитаном команды, но об этом будет рассказано в свое время, а пока вернемся к событиям августа 76-го.
Свободное копирование
