17 августа
Графиня Бреверн-Делагарди, с которою я здесь часто вижусь и беседую тем более охотно, что она из друзей великого князя (она урожденная Воейкова и была лет двадцать пять тому назад фрейлиною великой княгини Александры Иосифовны), сообщила мне переданный ее мужем из Москвы слух о том, будто бы Орианда подожжена самим великим князем. Вся Москва этому верит. Объясняют поджог тем, что великому князю хочется во что бы то ни стало вернуться в Петербург.
И в несчастии не дают ему покоя. Я думаю, нет другого человека, на которого взводили бы столько клевет. А клеветы эти считаются многими за непреложные истины.