авторов

1245
 

событий

171047
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Авторы » Ekaterina_Zhukovskaya » Гувернантка - 3

Гувернантка - 3

05.01.1861
Волоколамск, Московская, Россия

3

   Уездный городок Волоколамск, в котором мне пришлось жить около восьми месяцев, ничем не отличался от других уездных городов. Каждый день вечером собирались в одном из семейных домов для картежной игры. Дамы играли неизменно в преферанс по 1/7 копейки - счет, получивший свое начало еще от 1/2 копейки ассигнациями. Мужчины вели более крупную коммерческую игру, причем изредка дело доходило и до штосса. Собирались обыкновенно в семь часов вечера; дамы расходились в одиннадцать, мужчины, если их насильно не уводили жены, оставались до утра. Изредка случались потасовки, впрочем легкие. Один партнер швырнет в другого картами, щеточкой или мелком, и только лишь однажды исправник погорячился более обыкновенного и пустил в противника подсвечником. Хотя подсвечник слегка задел последнего, но все же это было чересчур, и противник обиделся серьезно. Произошла ссора, длившаяся больше месяца.

   Несмотря на всеобщее увлечение картами, я не втянулась в игру. Но интересы мои, помимо занятий с детьми, очень сузились сравнительно с тем, чем они были по выходе из института. Разыскивание смысла жизни отошло далеко на задний план с тех пор, как я вышла замуж и все свои силы направила на то, чтобы освободиться от унизительного нравственного состояния, в которое поставило меня необдуманное замужество. Я без толку читала всякие умные книжки - и чисто литературные, и исторические, философские, и по естествознанию. Но эти книги были все-таки сухой материей. У меня явилась потребность в людях, в живом общении, но уездный город представлял для этого весьма ограниченные ресурсы.

   Из всех уездных обывателей я сдружилась с дочерьми местного исправника, умными и благородными девушками. Но они не заботились о своем самообразовании, ограничиваясь чтением исключительно романов, разговорами о своих домашних неурядицах и перемыванием косточек местных обывателей. Младшая сестра, когда была в ударе, очень забавно представляла всех местных кривляк в лицах, что очень смешило меня, но не давало никакой нравственной пищи.

   Только один почтмейстер любил вести разговоры на высокие темы. Случайно ли или действительно должность почтмейстера содействует развитию неверия, как метко схватил Гоголь, только волоколамский почтмейстер, подобно гоголевскому, был завзятый безбожник, чего не скрывал и даже любил этим щегольнуть, к ужасу волоколамских кумушек.

   Однажды, в день своего причастия, на вопрос одной уездной кумушки, как это он, такой безбожник, причащается, он счел нужным объяснить, что причащается, собственно, потому, что рано позавтракал плотным бифштексом и почувствовал потребность запить его вином. Этой и иными подобными выходками он и стяжал себе репутацию безбожника и вольтерианца. Разговоры с ним, при узости его кругозора и недостаточном образовании, не могли меня удовлетворить, тем более что почтмейстер вздумал вдобавок объясняться мне в любви.

   Я была совсем не кокетка и, кроме того, разойдясь с мужем, считала безнравственным со стороны замужней женщины влюбляться в кого-нибудь другого. Я была глубоко оскорблена объяснением в любви ко мне почтмейстера. "Ведь он знает, что я замужем и выйти за него не могу, так чего же он хочет?" - возмутилась я и устроила пренелепую историю.

   Случилось так, что это объяснение, в письменной форме, было доставлено мне как раз перед балом одного из родственников Веры Ивановны. На бал я вошла, когда проиграли ритурнель кадрили. Почтмейстер поспешил ко мне навстречу, приглашая на кадриль, видимо, горя нетерпением узнать о результатах своего послания.

   - О кадрили потом, Никита Дмитриевич! - сказала я взволнованным голосом. - Потрудитесь мне прежде всего объяснить, что означает ваше сегодняшнее письмо, которое я нашла в присланной вами книге?

   Неожиданность и публичность вопроса на глазах дочерей исправника, обступивших меня и считавшихся врагами почтмейстера, очень смутили беднягу, и он совершенно растерялся.

   - Да именно то, что там написано: я ясно высказался.

   - Какая была цель письма? - продолжала я все еще горячась.

   - Какой странный вопрос! - пожал он растерянно плечами.

   - Странен не вопрос, а письмо, требующее объяснения!

   - Как же можно это разъяснять публично? - сказал он, все более и более теряясь от моей настойчивости. Подошло еще несколько человек из родственников и знакомых.

   - Я, право, не понимаю, какие между нами могут быть секреты, о которых нельзя было бы разговаривать при других, - продолжала я строгим тоном.

   - А я, право, не вижу, что должен я еще объяснять: там все понятно изложено, - говорил он, чтобы что-нибудь сказать.

   - Почему это у вас при виде меня является судорожная улыбка - пишете вы?

   - Ну, это уже совсем невозможно! - воскликнул почтмейстер с таким отчаянием при виде подходящего дяди, известного всем своей горячностью и богатырскими кулаками, что мне вдруг стало несказанно жаль его; гнев мой сразу оборвался, и я готова была уже заплакать над собственной жестокостью. Чуть не со слезами на глазах я махнула почтмейстеру рукой, отпуская его, и сказала:

   - Ну хорошо, хорошо, уходите и не пишите больше таких писем той, на ком не можете жениться.

   Почтмейстер поспешил воспользоваться моим разрешением, тотчас же уехал с бала и несколько месяцев никуда не показывался.

   - Вот нашла на что петушиться, - сказал хохоча дядя. - Человек ей в любви объясняется, а она ему это чуть не в уголовное преступление ставит.

   - Меня удивляет ваш смех, дядя, - сказала я, чуть не плача от жалости к почтмейстеру и от остатков обиды, им нанесенной. - Какая цель объясняться в любви замужней женщине! Ведь он же не может на мне жениться!

   - О, святая наивность! И это еще дама! - замахал дядя руками, продолжая хохотать. - Вот какова стала молодежь! В мое время, бывало, достаточно легкого намека, чтобы тебя с полуслова поняли. А эта и в толк взять не может.

   С течением времени вина почтмейстера стала умаляться в моих глазах. Не встречая его больше и слыша, что ему все еще совестно показаться в обществе, я стала постепенно винить себя за то, что так ошельмовала человека. "Человеку так естественно добиваться счастья. Разумеется, он добивался не там, где ему следовало, но это была ошибка, а не преступление, за которое нужно публично шельмовать, как я это сделала", - рассуждала я сама с собою, когда мне приходил на память почтмейстер. Мало-помалу я дошла до того, что стала считать себя виноватой перед ним и искать случая попросить у него прощения. Обвинивши его публично, я хотела и извиниться публично при свидетелях. Это удалось мне сделать месяца через три только, когда, гуляя однажды с дядей, теткой и дочерьми исправника, мы всей гурьбой вздумали навестить одну старушку, давно что-то ни к кому не показывавшуюся. У нее-то мы и натолкнулись на почтмейстера, который ужасно растерялся при таком неожиданном нашествии и, еле кивнув всем головою, схватил шапку и направился было к двери.

   - Куда вы, куда? - остановила я его. - Я давно хочу попросить у вас прощения. Обсудив хладнокровно мой тогдашний поступок, я пришла к убеждению, что виновата перед вами. Простите меня, - сказала я, смущенно взглядывая на почтмейстера, точно провинившаяся девочка.

   Почтмейстер как-то растроганно и умильно протянул мне руку.

   - Право, я вас ни минуты не винил, - ответил он взволнованно. - Я рад, что могу вам заявить, что никогда никаких дурных намерений или мыслей относительно вас не имел.

   - А не имели, так и прекрасно, - вмешался дядя, обращая все происшедшее в шутку. - Она у меня прегорячая. Иногда и мне таких вещей наговорит, - потрепал он меня по голове, - что только удивляюсь, как эта голова еще на плечах держится после ее убийственных скоропалительных речей.

   - Что же вы нас совсем забросили? - ласково спросила почтмейстера и Вера Ивановна. - Приходите во вторник!

   Произошло общее примирение.

   Но уж после примирения я избегала разговаривать наедине с почтмейстером, потому что его нежные взгляды и готовность следовать за мной всюду как-то неопределенно тревожили меня. Вскоре, впрочем, все обстоятельства сложились так, что я все больше и больше стала думать о необходимости покинуть Волоколамск и искать другой, более широкой жизни, что я и выполнила через несколько месяцев.

Опубликовано 01.04.2021 в 14:37
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2023, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: