На фото: Томск. 11.12.1994 г. Праздник в квартире Слижовых. Юра слева от Нади. Справа от меня Лабзовские.
Внизу Юра в нашей квартире.
Много впечатлений от автомобильных путешествий (основное — экскурсии по магазинам, женщины внутри, я снаружи), в том числе в Голландию, Грёнинген. Запомнил автолавку в нескольких десятках километров от Папенбурга (мама любила туда ездить), где раз в неделю в течение нескольких часов ностальгирующие «русаки» собирались и покупали товары, произведённые в СНГ. Деловые люди быстро оценили ситуацию и, через пару лет, в Папенбурге, как и во многих населённых пунктах Германии, появился довольно популярный стационарный «русский» магазин (книги на русском языке, бочковая селёдка, пиво «Балтика», русскоговорящие продавцы…).
Поразило в Папенбурге обилие мест продажи подержанных машин. Хорошее авто можно было купить за 7-10 тысяч ДМ. У нас в наличии 2 тысячи, мама пыталась занять у сестёр, никто не дал. Прошли времена, когда родственники в Казахстане кормились около моих родителей. На этом мечты о хорошей европейской машине прекратились, в следующие поездки в Германию на эту тему даже не заикался, хотя зять Саша Машкин несколько лет занимался перепродажей автомобилей российским морякам и перегоном машин в Казахстан.
Произошёл в Папенбурге и неприятный внутрисемейный инцидент. Года полтора назад мама написала, что они получили отказ на вызов моей семьи в Германию. Особо не переживал, отказали, ну и чёрт с ними. Причины в письме мама не указала, но когда я прочитал написанную откровенную белиберду, возмутился, почему текст не прислали, чтобы можно было подготовить резкий ответ немецким властям по существу и попытаться переломить ситуацию. Не исключаю, что не помогло бы, но отсутствие немедленной письменной реакции заявителя (родителей) формально подтверждает согласие с принятым решением. Реакция мамы удивила: «А кем ты будешь работать в Папенбурге? Дворником?» «Мама! Я же никогда не говорил, что собираюсь жить в Папенбурге!» В моём представлении Папенбург в Германии — нечто вроде Талды-Кургана в Советском Союзе, небольшой тихий городок для проживания пенсионеров. Импульсивная реакция негативно подействовала на родителей, мама плакала, отец, молча, курил на балконе. Получилось, что я их обидел. Плевок германских бюрократов «достал меня до печёнок». Хорошо понял, энергия мамы на исходе, бороться за мой вызов некому. Родители так гордились своим сыном, достигшим высокого, по их мнению, положения в России, что, глядя на существование племянников, дочки с мужем в Папенбурге, не могли представить меня в аналогичном состоянии. И считали, в России мне лучше. К счастью, мама не застала моё падение. Необходимое пояснение. Я не собирался переезжать в Германию, но рассчитывал на двойное гражданство и работу в Томске (России) представителем фирмы ТЮФ (Берлин-Бранденбург), занимающейся аккредитацией предприятий в соответствии с международной системой качества. И предварительные переговоры провёл с руководителем фирмы в Берлине в июне 1992 г. во время обучения. Более того, фирмачи звонили из Берлина в Томск в сентябре 1992 г., интересовались как дела с оформлением моих документов. Родителям ничего не сказал, хотел сделать приятное фактом, но теперь «паровоз ушёл».
1995 год — пополнение среди внуков, 4 февраля в Тюмени Эльвира родила Катюшу. Единственная запомнившаяся положительная эмоция года. Главная отрицательная эмоция — украли лодку со снастями на даче в Оськино (детали ниже).
Свободное копирование
