30 мая
Утром Гаук и разговоры об осенних концертах с Филармонией. В двенадцать Гусман: читает наброски его либретто из «Простой вещи» Лавренева. Вещь неплохая как завязка (конфликт между обязанностью по отношению к партии и порядочностью к другому человеку), но слишком мало элементов. Надо больше ввести в общественную жизнь и окружающие события. Импровизируем, сидим до двух часов, выходит лучше - может из этого выйти оперный сюжет.
Днём у Тюлина, отношу американские вещи.
В четыре у Радлова, играем два с половиной часа в шахматы, я, к удивлению, выигрываю обе партии. Обедаем (Пташка опаздывает) и едем на «Пламя Парижа». На первый акт опаздываем, второй производит впечатление слишком большой покорности при обработке материала, но третий живее и есть выдумка. Танцуют поразительно: Уланова, Чабукиани. Держись, Лифарь! Перепрыгнут. Насколько плохо вчера пели (особенно женщины), настолько изумительно танцуют.
Свободное копирование
