2 - 4 января
Ничего особенного за эти дни не произошло. Я не старался видеть людей, чтобы не отвлекали от занятий. Пташка капризничала. Причины: мой нью-йоркский концерт с Кошиц, а не с ней; я недостаточно рекламирую её как певицу. Но: с Кошиц я «пою» не по своему желанию, а потому что нас ангажировал Haensel, меня не спросившись; что касается рекламы Пташкиного голоса, то нет ничего глупее, чем рекламировать всухую. Пусть она приведёт себя в порядок и начнёт петь направо и налево, тогда реклама сама собой будет готова.
Были всё-таки: у В. Башкирова, который звонил. Он «вышел в люди»: пятьдесят тысяч жалования, красивая жена, квартира у самой 5-й авеню. Со мною нежен. Русским обедом нас накормил Грейнер, новый русский управляющий у Стейнвея.
Появился Асланов, постаревший, больной, трогательный. Он знал отца Дукельского, инженера, и теперь категорически утверждал, что эти Дукельские не евреи. Значит, из Димы может выйти композитор.
Заходил я дважды к Кошиц - репетировать романсы. Она та же, point d'honneur – петь со всеми композиторами по очереди: Прокофьевым, Глазуновым, Метнером. При ней Ариадна, которая с ней делала турне в качестве аккомпаниаторши. Держала себя скромно, показывала новое сочинение, несамостоятельное, но более порядочное, чем когда-то в Калифорнии.
Ходил по Нью-Йорку. Производит впечатление. Обстраивается невероятно. Вообще - невероятный город.
Свободное копирование
