30 мая
Вчера приехала жена Набокова и мы вместе были на «Блудном сыне». Но опять огорчение - и от сцены, и от оркестра, в котором были на этот раз заместители, провалившие и номер на 5/4, и кларнетное соло (грабёж!). Три кларнета играли чёрт знает что, вступали не вовремя, останавливались, слышно было, как Дезормьер ругался. Когда в антракте я зашёл к нему, он был в бешенстве и просил написать ему ругательное письмо, чтобы он мог предъявить его в синдикат музыкантов. Нет оркестровых музыкантов более распущенных, чем французские!
Писал письмо Дезормьеру. Также длинное письмо Мясковскому - о его романсах и о моих премьерах.
Приведя 3-ю Симфонию в порядок, вытащил заметки, сделанные во время репетиций «Игрока». Шутка сказать: семь листов! Сочинял вставную сцену в первом акте.
После поездки в Монте-Карло, то есть после почти двухмесячного перерыва, взял автомобиль и поехал загород к смазчику.
Свободное копирование
