15 февраля
Докончил сочинять вступление к симфонии. Оркестровал №4 из балета. Звонил Дягилев и просил опять переложить свидание на завтра. Я в телефон хвалил ему увертюру Набокова, которую последний играл вчера. Увертюра в самом деле не лишена симпатичности. Пришёл Набоков - с репетиции своей «Оды», которая идёт сегодня вечером в Orchestre Symphonique de Paris. Жаловался, что Ansermet прохлопывает всё время на репетирование «Поцелуя феи», а «Оду» делает наскоро.
Вечером - в концерте. «Ода» звучит средне: виноваты и оркестровка, и акустика, и плохая певица, и малая численность хора. Есть милые номера, но много скучного. Надо давать неполностью. Затем «Поцелуй феи», во время которого сидели рядом с Дягилевым, который справляется про отдельные темы - из какого сочинения Чайковского взята.
Дягилев:
- Инструментовка глазуновская.
Я:
- Нет, не глазуновская; глазуновская такого свойства, что звучит в любом зале, а это будет звучать лучше не в таком сарае, как этот.
Дягилев:
- Что же это за инструментовка, для которой нужно строить особый зал? Подходит Набоков и бранит «Поцелуй» за скуку, но Дягилев и «Оду» нашёл скучной. Посмеиваясь, он рассказывает:
- D'Indy тоже бранил «Китеж» за скуку; тогда кто-то сказал про D'Indy: et il en sait quelque chose! В бровь Набокову: не брани других за скуку, а лучше избегай её в своих сочинениях!
Последний номер - «Свадебка». Сидим в глубине зала: Набоков с женой, Пташка и я. «Свадебка» по обыкновению производит на меня сильное впечатление, но Набоков всё время делает справки и ссылки на то, что темы взяты из Знаменного распева. Опять на чужой материал!
Свободное копирование
