9 сентября
По привычке я проснулся в восемь и сел в прекрасную кусевицкую ванну. Затем явился кузен Фидлера и повёз нас смотреть квартиры через какое-то дружественное квартирное агентство. Но то, что мы видели, было удручающе плохо, хотя в одной просили не более не менее как сорок пять тысяч франков отступного. Квартиры очень поднялись, но хуже всего то, что во Франции подоходный налог исчисляется по квартирной плате (особенно для свободных профессий) и растёт прогрессивно. Поэтому как квартира дороже, так ещё скорее скачет подоходный налог. Кусевицкие были ласковы и заставили нас вернуться завтракать, после чего мы опять совершили квартирный рейд и, недовольные результатом, к шести часам вечера вернулись в Саморо, где всё было благополучно, а Лабунский с выздоравливающим пальцем написал за два дня тринадцать страниц партитуры. Уж не снять ли нам вместо Парижа новоотстроенный Фидлером домик в Булони?
Дома письмо от Экскузовича: «Апельсины» пойдут (официально) в Большом театре в Москве. Экскузович ждёт контракта. Это тысяча двести долларов! Рента выделила жирный купон. Но не лучше ли, по совету Московского общества авторов, пойти на проценты? Затем Экскузович просит моих советов для репертуара академических театров. Это тоже веско.
Свободное копирование
