Вскоре после сего наступил май месяц. Оба мы с сыном с нетерпеливостью дожидались сего наилучшего и приятнейшего месяца в году. Но начало оного в сей год было так холодно, что и похожего не было на весну почему принуждены мы были вооружаться терпением, а между тем, заниматься своими прежними комнатными упражненияи и сводить знакомство с некоторыми приезжими к нам в город дворянскими, нам до того незнакомыми, фамилиями, жившими тут довольно долгое время для пользования больных своих от нашего лекаря. К числу сих приезжих фамилий принадлежат в особливости фамилии господ Емельяновых и Редкиных, с которыми в короткое время так мы спознакомились и сдружились, что они очень часто бывали у нас, а мы у них, и они во всех наших великих увеселениях брали соучастие, и мы знакомством, ласками и дружеством их были весьма довольны.
Между тем 3 числа мая имел я удовольствие получить опять толстый пакет из Экономического Общества, с 45 частью "Трудов" оного. Я не сомневался, что находилось при оной какое-нибудь письмо, но удивился, не нашед никакого. Сие случилось еще в первый раз, что, при присылке книг, ничего ко мне было не писано, и я не понимал, что б это значило? Не досуг ли было г. Нартову; отлучка ли его была тому причиною, или то, что я последним моим письмом так его смутил, что он не знал, что мне на оное ответствовать? Словом, я не знал, что думать; но, наконец, полагал более то, что причиною сему молчанию было то, что о присылке в скором времени сей книги г. Нартов писал ко мне в предследовавшем письме, следовательно, повторять о том не было нужды. Но как бы то ни было, но книга прислана одна и содержала в себе множество пиес, и между прочими мою о поднимании ключей. Нельзя сказать, чтоб я при усмотрении сочинения своего напечатанным чувствовал какое-либо особливое удовольствие. Я так уже к сему привык, что меня сие ни мало уже не трогало, и я смотрел на оное, напечатанное с самого начала, весьма хладнокровно.