3 декабря
Телеграмма от Б.Н.: приезжает сегодня «один». Я не пошёл его встречать и решил, что лучше вместо орёжа выражать молчаливый протест. Потом за полчаса до его появления ушёл гулять в Обераммергау и прогулял два часа. Когда я вернулся домой, то он сидел у себя наверху и не показывался. На моём письменном столе лежала записка, что он в ужасном состоянии, в его жизни что-то происходит, что он без конца извиняется и прочее. Я пошёл к нему наверх. Он действительно выглядел очень взволнованным, похудевшим, безумно извинялся, даже чуть ли не на колени встал около того кресла, в котором я сидел. Невеста? - Ирина Одоевцева, молодая петербургская поэтесса. Я даже огорчился. Однако подавил это чувство, решив, что я ведь «Ирэн» ещё не знаю, а может быть, раз Б.Н. так влюблён, и в самом деле что-нибудь очень интересное. Далее последовал рассказ про роман, безумная влюблённость, предложение, сомнения и отступление в Этталь после моей телеграммы «Vous êtes fou». Вот уж не ожидал, что эта телеграмма оказалась стаканом холодной воды! Теперь вопрос: выписать ли её в Этталь, пущу ли я, порвать ли, жениться ли - он теряет голову. Я сказал: прежде всего проживите три дня в Эттале и не телеграфируйте сгоряча. На этом и порешили, он повеселел и вечером играли в шахматы.
Белого он видел мельком, М.В. совсем не видел - всё Ирэн.
Свободное копирование
