19 мая
Вечером на спектакле Стравинский передал мне бумажку, подписанную каким- то важным лицом из Министерства иностранных дел и дающую мне право на выезд из Франции и обратный въезд, а виза для мамы уже послана. Всё сделала Mme Edwards и мне осталось только поблагодарить её. Быстро и хорошо, а я ещё находил её вульгарной! Впрочем, одно другому не мешает. После спектакля Стравинский повёз меня к принцессе Murat, у которой большой вечер в честь Русского балета: Дягилев, Стравинский, Ларионов, великий князь Дмитрий Павлович, Пикассо и несколько молодых французских композиторов, и миловидная молоденькая композиторша, и пропасть других. Много говорили, а потом много шумели и прыгали. В три часа ночи Стравинский сидел под роялем со своим врагом Кокто, на рояле визжал граммофон и кто-то дубасил по клавиатуре, а Дягилев, кажется, с хозяйкой дома танцевал lancier. Я один сохранял спокойствие.
Свободное копирование
