1 апреля
Утром проигрывал мои оперы, в том числе «Игрока». Несомненно, «Игрок» должен быть подвергнут основательной переделке: много ненужных шероховатостей и неудобств в голосовой партии. Затем я уложил в чемодан «Игрока», «Огненного ангела» и «Три апельсина» (партитуры и клавир) и поехал к Гатти. По-моему, очень импозантно: композитор принесёт чемодан опер.
Гатти устроил настоящее слушание: он и шесть дирижёров, но, в сущности, это была лишь бутафория: решали Гатти и Боданский, а остальные сидели смирно. Я сыграл сцену у Принца, предварительно рассказав содержание, а затем выдержки из первого акта «Огненного ангела». Впечатление, по-моему, было неблагоприятное. Гатти находил, что очень трудно и голосу не к чему прицепиться. Если бы это была одноактная опера, они могли бы рискнуть, но пять актов... В конце концов Гатти сказал, что я, конечно, понимаю, что они в такой серьёзной вещи не могут дать сразу ответа. Но это равносильно отказу. Досадно и за себя, и за Метрополитэн, что хорошее учреждение не может поставить настоящую оперу и задыхается от всякой дряни. Для меня это большая неприятность и чувствительный финансовый кpax, поэтому очень приятно было вечером выиграть шестьдесят один доллар в бридж.
Впоследствии я узнал, что только французский дирижёр Albert Wolff защищал меня, за что Гатти назвал его анархистом.
Свободное копирование
