5 февраля
Видел в первый раз «Пелеас и Мелисанду», в представлении «нашей» Чикагской оперы, приехавшей гастролировать в Lexington-театре. «Пелеас» совершенно очаровал меня магической силой своей мечтательности и поэзии. Он опутывает, как сеткой, и уносит куда-то. Хороша ли музыка? Может быть, хороша. В ней есть обаяние недосказанности. А иной раз недосказанность так велика, что за нею нет прямо ничего. Пути для оперного изложения открыты удивительные, но мне кажется, по ним можно пойти дальше. И когда я расправлюсь с моими стремительными «Апельсинами» я ещё вернусь к мечтательным сюжетам.
Играли оперу недурно. Зал набит. Я начинаю думать, что они действительно поставят «Апельсины». И Кан, и Кампанини очень любезно подходили ко мне и трясли руку, а мне противно смотреть на них.
Свободное копирование
