авторов

1656
 

событий

231890
Регистрация Забыли пароль?
Мемуарист » Авторы » Stepan_Zhikharev » Дневник чиновника - 177

Дневник чиновника - 177

19.05.1807
С.-Петербург, Ленинградская, Россия

   19 мая, воскресенье.

   Князь Шаховской говорил о намерении своем с будущего года заняться изданием какого-нибудь театрального журнала или газеты, в которых бы можно было помещать рецензии на пьесы, представляемые на театре, на игру актеров, разные театральные анекдоты, жизнеописания известнейших драматургов и актеров русских и иностранных -- словом, все, что относится до истории театра и правил сценического искусства. Вместе с этим в состав журнала должна войти и легкая литература: краткие повести, стихи и проч. и проч. Князь Шаховской уверяет, что в этом намерении поддерживает его Крылов, который обещал печатать в новом журнале свои басни, до сих пор нигде еще не напечатанные.[1] В одном только он находит затруднение: кому поручить надзор за изданием журнала и своевременным выходом книжек, потому что ему самому надзирать за этим, по недостатку времени, нет возможности. Я сказал ему, что мысль прекрасная и журнал, без сомнения, должен иметь большой успех; но прежде, нежели приступить к изданию, надобно сообразиться с средствами: достаточно ли у него на первый случай материалов и уверен ли он в своих сотрудниках, без чего может тотчас остаться, как рак на мели. Он утверждал, что в сотрудниках недостатка не будет; издержки издания предпримет на свой счет Рыкалов, содержатель театральной типографии, с тем чтоб ему предоставлена была вся польза от издания, и что не это его беспокоит, а только то, кто примет на себя надзор за изданием, то есть все хлопоты, корректуру и проч. Я сказал ему, что в этом случае кстати привести окончание басни "Ларчик", читанной на днях у него Крыловым: "А ларчик просто отворялся". Если Рыкалову предоставляется вся польза от издания, так ему и следует принять все эти хлопоты на себя. Шаховской шлепнул себя по лбу и, захохотав, сказал: "Il у a des gens d'esprit qui sont quelque fois bien betes" {Некоторые очень умные люди бывают иной раз очень глупы (франц.).}.[2]

   Между тем, заметив у него на столе небольшую тетрадку, исписанную стихами, я спросил его, что это за стихи. "Анекдот Лукницкого о немце портном, позабывшем в немецком театре сына", -- отвечал Шаховской. "Хорошо рассказан?". -- "По крайней мере, в нравах немцев". -- "Можно прочитать?". -- "Даже и взять покамест с собою: это материал для будущего журнала". Разумеется, я воспользовался дозволением и тетрадку поскорее за пазуху.

   Прочитав рассказ дома, я смекнул делом: Шаховской величайший ненавистник немецких драм, хотя ни слова не понимает по-немецки; а Лукницкий пишет и переводит для театра: следовательно, как не польстить сильному начальнику репертуарной части, от которого зависит участь театрального автора? Это анекдот, случившийся с портным года три назад, когда немецкий театр был еще под частною дирекциею Мире, переложен в стихи и поднесен Шаховскому. Рассказ точно недурен, но вступление к нему длинно и не у места, потому что анекдот и без него достаточно изъясняет причину происшествия.

  

   Один отец чадолюбивый

   Породой шваб, а ремеслом портной,

   Жену и трех детей забрал в театр с собой,

   Чтоб драмы посмотреть трагическо-шутливой;

   И правда, в драме той

   Он всякой всячине дивился

   И научился

   Всей философии, взятой из новых книг;

   Он видел, как актеры ели, пили,

   Друг друга резали, душили,

   Учили разуму, потом табак курили

   И в миг

   Из Индии его в Берлин переносили;

   От всех чудес таких,

   Как от угару,

   Не взвидел света наш портной

   И, как шальной,

   С детьми, с женой

   Садится в пошевни и гонит бурых пару

   Домой.

   Меж тем, как за Неву на Остров он катился,

   Театр от зрителей давно уж опустел,

   Свой ужин сторож съел,

   Всё запер, осмотрел, разделся, помолился

   И спать ложился,

   Как вдруг

   В дверях он слышит стук

   И видит бледного портнова:

   Печаль и страх

   В его глазах

   И вымолвить едва он может два, три слова:

   Я здесь забыл... да что? Иль трость, или лорнет --

   Найдутся, будьте вы в покое.

   Не то... не муфту ль? -- нет... не книжку ли? нет, нет...

   Да что ж такое?

   Я сына здесь забыл

   Или из пошевней дорогой обронил.

   Я, дети и жена так драмой занялися,

   Что лишь за ужином Карлуши не дочлися.

   Тут сторож тотчас побежал

   И, ложу отворив, в ней сына отыскал:

   От драмы ошалев, еще Карлуша спал.[3]



[1] Задуманный А. А. Шаховским журнал выходил в 1808 г. под названием "Драматический вестник"; его издателями и ближайшими сотрудниками (кроме самого Шаховского) были И. А. Крылов, А. А. Писарев, Д. И. Языков и С. Н. Марин. Журнал резко критиковал сентиментальные пьесы Коцебу и его последователей. Характерна для позиции журнала статья "Смесь общих правил для театра" (NoNo 56--59). В "Драматическом вестнике" напечатаны сатиры Шаховского (в том числе "Разговор цензора и его друга", о которой Гнедич говорил Жихареву), С. Н. Марина, стихотворения Жихарева ("Осень", "К моей родине"). Первый номер журнала открывался "Вступлением", в котором говорилось: "Жители больших городов разделяются на два рода: одни государственною или семейственною должностию осуждены ко всегдашним трудам; другие праздностию и изобилием доводятся часто до уныния. Театр служит для тех и других убежищем: первые находят в нем приятное отдохновение после полезных занятий, а вторые не трудное занятие, прогоняющее их скуку. Театральные зрелища (не говоря о нравственной цели комедии и трагедии) уже и тем приносят важную пользу обществу, что, привлекая к себе людей разных состояний, заставляют их проводить праздное время в забавах невредных для общественного спокойствия. Для доказательства сей истины мы не имеем нужды приводить древние или иностранные примеры: сами у себя видим мы пользу театральных зрелищ. У совершение нашего театра нечувствительно переменило образ мыслей наших ремесленников: тот из них, который за несколько лет пред сим, имея излишние деньги, пошел бы в буйстве убивать и время и здоровье, идет теперь в театр. Оно же обращает на себя внимание людей большого света, приученных иностранными воспитателями глядеть с некоторым презрением на отечественные произведения ума. Уже большая часть из них говорят без стыда, что они плакали в "Семире", "Дидоне", "Эдипе", "Пожарском", смеялись в "Недоросле", "Модной лавке" и даже (боюсь, чтоб не сказать в дурной час) начинают насмехаться над слепыми обожателями иностранного. Красота драматического творения, выражаемая искусным актером, показывает им красоту того языка, который они прежде презирали, забывая, что знание оного необходимо для людей, желающих достигнуть до высших степеней в государстве и что военачальник, вельможа и судья, не знающий хорошо природного языка, не только будет смешон, но даже и вреден своим соотечественникам".

[2] В "Свадьбе Фигаро" Бомарше Сюзанна восклицает (акт I, сцена 1): "Que les gens d'esprit sont betes!" ("Как глупы умные люди!"). Шаховской имел в виду, очевидно, эти слова Сюзанны.

[3] Аристарх Владимирович Лукницкий был издателем журнала "Северный Меркурий" и переводчиком французских пьес. Анекдот о немце-портном напечатан в "Драматическом вестнике" (1808, ч. I, No 6, стр. 54--55; подпись -- "Л"), под заглавием "Быль". В строке 2 -- "а мастерством портной"; в строке 31 -- "он мог два слова". Впоследствии Лукницкий примкнул к партии обиженных Шаховским авторов и актеров, распускавших о нем всевозможные неблаговидные слухи.

Опубликовано 22.10.2020 в 17:49
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2026, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Юридическая информация
Условия размещения рекламы
Поделиться: