Наконец в сей третий день приехал уже в наш город и городничий со всем своим домом и семейством и остановился на первый случай у Кобякова, одного из старинных богородицких и тогда ничего незначащих купцов, в пакостном его домишке на квартиру. Как сие случилось утром, то не успел я о том узнать, как тотчас, хотя не по долгу, а из одной вежливости, к нему поехал, чтоб с ним вновь обрекомендоваться и спознакомиться со всем его семейством. Состояло оно из его жены, Анны Ивановны, и трех детей, двух сыновей и одной дочери. Сия была девушка уже на возрасте, равно как и старший сын его, мальчик уже изрядной, а другой был еще маленькой. Все они показались мне людьми изрядными и такими, с которыми обходиться было уже можно; почему, обласкавшись с ними, изъявлял я сожаление мое о том, что квартира у него так дурна и для них беспокойна, и предлагал ему, чтоб он поискал для себя между купеческими дворами получше, а буде нигде не найдет, так не покажется ли ему какой дом из моих канцелярских служителей, так бы я мог пособить его нужде и на время ассигновать ему и оной. Предложение таковое натурально было ему, а особливо жене его, приятно, и я оным его равно как озадатчил к себе в дружбу. После сего возил его показывать ему приготовленной под присутственные места флигель дворцовой, и там, выводив его по всем комнатам, пригласил его и со всем его семейством к себе обедать; и как он на то согласился, то за женою и детьми его тотчас послал я своих лошадей и повозку. Она не отреклась также к нам приехать, и как мы старались всячески их угостить, то были они ласкою нашею довольны и с сего дня началась у нас с ними дружба и знакомство. Мы не отпустили их от себя во весь сей день; а как кстати подъехал к нам перед вечером и оставалися у нас ночевать помянутой г. Толбузин с своим семейством, то сей случай познакомил его и с ним, и мы все вместе в сей святочной вечер провели без скуки и довольно весело.
На другой день после сего, не успели мы после обеда проводить от себя г. Толбузина, как приехал к нам один уже из судей, приехавших в этот день в город. Был то один из богородицких дворян, из фамилия Арсеньевых, и назывался Николаем Сергеевичем. Сей человек был до того времени мне хотя совсем не знаком, но мы с первой уже минуты свидания и знакомства нашего так друг друга полюбили, что сделались друзьями, и которого ласкою, почтением и уважением к себе я во все последующее время отменно был доволен, и с которым дружба продолжается и поныне. Он выбран был тогда заседателем в нижний земский суд и приехал ко мне, чтоб со мною обрекомендоваться и познакомиться, а притом счеться и родством, хотя весьма дальним, по которому и называл он меня всегда своим "дядюшкою". Но как бы то ни было, но мы постарались и его всячески у себя угостить и ласками своими к приязни озадачить.
Между тем как мы с ним в разных разговорах провождали вечер, подъехал к нам опять и городничий, с убедительною просьбою о том, чтоб я дозволил у себя, как в лучшем во всем селении доме, квартировать губернатору, которому на тех днях долженствовало приехать к нам для открытия всех судебных мест. Для меня сие было хотя несколько и отяготительно, но как сей случай мог меня с губернатором познакомить короче, то и не противился я нимало, но с охотою изъявил ему на то свое согласие.
Свободное копирование
