Не болей!

Не болей!

"Не болей! Придется для Родины много потрудиться".

Вот уже более полувека это напутствие[1] звучит. Так ясно помню залы Академии и густую толпу народа. Он все же увидал и через головы властно приказал. Он умел мощно послать благой приказ.

Вот и трудимся. Все мы трудимся именно для нашей любимой Родины. Знаем, что такие труды не по сердцу многим, не любящим народ русский. Немало претерпели мы всяческих козней. Но ведь и враги полезны. Они — как точило для меча. А то чего доброго еще заржавеет оружие.

И болезней за полвека было немало. Пугали тяжким исходом, но приказ звучал, и воля не ослабевала. А сколько опасностей было пройдено! И тонули и замерзали — чего только не было. Но воля не ослабела. А сколько клеветы и вражеских подкопов ограблений, но воля не слабела. Шли трудными перевалами. Иногда казалось, что уже не взойти выше, но высота оказывалась преодоленной. Иногда на узком карнизе над пропастью скала словно бы отталкивала от себя, но все же шли, и карниз оставался позади. Кружилась голова в реке с быстро мчавшимися льдинами, но смотрели поверх в спасительную даль.

На всех путях встречались добрые люди. Сами подходили — добром поминаем. В странах, претерпевших от нашествия, живы ли друзья? Привет им! В Праге на картине "Св. Сергий" была надпись: "Дано Преподобному Сергию трижды спасти Землю Русскую. При князе Дмитрии, при Минине и Пожарском и теперь". Перед самым нашествием друзья сокрыли эту надпись и в последнем письме известили об этом сокрытии. Теперь скоро откроют, если только вообще что-либо уцелело от вандалов. Сергиевы картины в Чехословакии, в Югославии, в Америке, в Индии.

Отстоял народ русский и свою землю и земли многих народов. Славянское братство, еще недавно забытое, опять ожило. Не болей. Превозмогай, чтобы увидеть дни великие. Да будет!

9 октября 1944 г.

"Московский комсомолец",

8 октября 1969 г.