Вскоре после возвращения нашего из Москвы, снабдили мы себя первою еще каретою, купив ее за 50 рублей у друга нашего, господина Полонскаго. Несмотря на сию малую цену, была она еще изрядная, четвероместная, раззолоченная по тогдашнему обыкновению и обитая внутри алым трипом. О сем упомянул я для того, чтоб тем доказать, как карет тогда было еще мало, как они были дешевы, а деньги дороги, и как не ставил тогда никто еще в стыд себе ездить в четвероместных венских колясках.
Сосед мой г. Ладыженский купил себе карету еще того дешевле и, заплатив только 30 рублей за нее, наездился в ней довольно. Вот каковы были тогда времена!!
Наступивший вскоре после того месяц март ознаменовался двумя происшествиями. И во-первых, нечаянным получением опять из Экономического Общества претолстаго пакета с книжкою. Для меня присылка сия была тем неожидаемее, что я не думал, чтоб так скоро могло напечатано быть мое последнее сочинение, отправленное к ним в конце прошедшего года. Но сколь удивление мое было велико, когда распечатав пакет нашел в нем не только 7ю часть Трудов Общества, присланную ко мне при письме, но притом и согнутый кусок паргамента.
-- "Ба! ба! ба! это что такое?-- сказал я, и спешил скорее смотреть и читать оный.
Был то печатный диплом с большою восковою печатью, данный мне от Общества в удостоверение, что ему угодно было избрать и сделать меня своим сочленом, о чем я никогда не помышлял и чего всего меньше добивался. Но его собственный интерес был в том, чтоб умножить количество членов своих людьми, способными быть им сотрудниками. Таковыми избираниями в свои сочлены они людей власно как неволею уже заставливали трудиться и брать в трудах их соучастие.
Выдумка по истине особая и довольно замысловатая! Избираемый, поставляя то себе за особливую честь, готов был иногда за то надрывать силы свои в трудах и сочинениях, а за все то в награду пользовался одною только химерическою и такою честию, которая, как после оказалось, но существу своему ничего, не значила и не приносила никому ни в каких случаях ни малейшей пользы, хотя тогда о том совсем еще инако думали и почитали то неведомо чем.
В дипломах сих хотя и упоминалось, что избранный силою оного признается участником в трудах и во всех членам Общества определенных и впредь определяемых правах и преимуществах; но если спросить, в чем же бы таком состояли сии правы и преимущества? то на сие сказать бы ему было нечего, ибо их в самом действии никаких особых не было.
Сие впоследствии само собою и оказалось, и члены Экономического Общества сделались в толь малом уважении в нашем отечестве, что каждый из них не только не помышлял о том, чтоб тем кичиться и величаться, но паче некоторым образом стыдился еще сим званием.
Оттого ли сие произошло, что члены сего полезного Общества с самого начала не удостоены от монархини каким-нибудь особым отличием, или известною какою-нибудь выгоду приносящею привилегиею, а должны были довольствоваться тем единым пустым и ничего незначущим именем, что находятся будто под особым покровительством монархини, а в самом деле никаким таким покровительством не пользуясь;-- или оттого, что Общество, впоследствии времени, наделало уже слишком много членов и насовало в сословие свое всякого звания людей достойных того и недостойных, или от иных каких причин -- того уже я не знаю.
Но как бы то ни было, но меня происшествие тогда нарочито порадовало. Я хотя уже и тогда ясно видел все существо дела и усматривал довольно, что звание члена Экономического Общества не составляло ни чина, ни придавало почести какой особливой, но веселился по крайней мере тем, что многие иные совсем инако о сем думали, и были такие, которые мне в том даже и завидовали, думая, что мне звание сие принесет неведомо какие пользы, в чем они некоторым образом и не обманулись; ибо хотя не тогда, а после оно мне очень пригодилось.
Не менее моего обрадовались сему и обе мои семьянинки, равно как и все более прочих нас любившие родные и приятели. Я не преминул им о сем сообщить, и все меня с получением диплома и помянутого звания поздравляли и в удовольствии моем брали искреннее соучастие.