Мишель и Маргарет в своих воспоминаниях часто указывали на то, что Рене всегда обо мне тоже хорошо отзывался и все делал для того, чтобы его брат всегда любил и верил в то, что у него, а вернее, у них был очень хороший отец. Рене действительно любил меня. Итак, мать и двое сыновей любили и верили тому, кого в прессе пытались представить изменником и порочным человеком.
В 1954 г., когда Рене было уже почти двадцать два года, он женился. Маргарет была этим довольна, но женитьба старшего сына невольно у нее вызывала и тревогу. Нет, эта тревога не была связана с самой свадьбой Рене, но заставляла задуматься над тем, что может произойти с Мишелем, когда он вырастет и пожелает жениться тоже. Что вызывало у нее эту тревогу? Она задумывалась над тем, что в день свадьбы Мишеля ему трудно будет раздобыть необходимые для этого события документы. Все нормальные люди получают их без всяких проблем... В то же время у Мишеля, как это утверждается в его воспоминаниях, свидетельство о рождении считалось фиктивным, учитывая тот факт, что администрация Нейи на Сене была вынуждена выдать его на основании указаний гестапо в том порядке, который их устраивал.
Справедливость требует, чтобы я указал, что, несмотря на то, что в своей книге «Большая игра» Леопольд Треппер утверждает, что Кент и Маргарет стали мужем и женой в июне 1941 г. (с. 149), это не отвечает действительности. Видимо, по настоянию Леопольда Треппера и Жиля Перро Маргарет указывает на это и в своих воспоминаниях.
Кстати, в своих воспоминаниях Мишель приводит еще один интересный, не отвечающий действительности факт. В вышедшей в Париже книге «КГБ во Франции» Мишель прочитал следующее утверждение: Виктор Соколов, находился как агент КГБ в 1971 г. во Франции. Вполне логично, что у Мишеля возник вопрос: если действительно Кент, его отец, был во Франции в 1971 г., то как могут некоторые авторы издаваемых книг и отдельных статей в прессе его называть изменником? Чем можно объяснить в этом случае гот факт, что в 1945 г. Советская армия и союзники проводили его розыск. Мишель расширяет свой вопрос, заключающийся в том, что как Россия, якобы считавшая изменником Кента, смогла направить его вновь на разведывательную деятельность, назначив атташе при посольстве Советского Союза в Париже.
Мишель, возвращаясь к этому вопросу, в разговоре со мной уточнил, что писателю вскоре удалось установить, что, говоря о Викторе Соколове, он заинтересовался им и установил, что в данном случае речь идет не о Кенте, который в конце войны, попав в руки французской армии, так себя назвал.
Даже читая воспоминания Мишеля и Маргарет, мы не могли себе точно представить, каким мальчиком мой сын вступил в жизнь, каким он стал в настоящее время. Видимо следуя примеру своего старшего брага, Мишель в возрасте пятнадцати лет тоже решил прекратить свою учебу и начать работать, с тем, чтобы помочь матери. Ему повезло, и он смог в Брюсселе устроиться на работу в качестве мелкого канцелярского служащего в издательстве финансовой газеты «Le Monimat».
Проработав в этой газете некоторое время по занимаемой им должности, Мишель начал удачно писать статьи о спектаклях «l'Ancienne Belgique». Убедившись в том, что его статьи воспринимаются читателями положительно, Мишель решил изменить характер своей работы, а следовательно, и ее место. Ему и это удалось. Он дебютировал в одном из крупных агентств печати в Бельгии «Associated Press» тоже как канцелярский служащий. Его работа заключалась в том, что он должен был классифицировать требующие хранения и поступающие в агентство документы, а также еще произведенные агентством фотоснимки распределять и направлять в различные газеты, выходящие в Брюсселе, и вообще по провинциям Бельгии.
Свободное копирование
