Моя просьба о личном приеме не была удовлетворена, а 11 августа 1960 г. за № 7330/3 из секретариата УВД Леноблгорисполкома был получен отказ в прописке в Ленинграде «на основании Положения о паспортах». Ответ имел подпись начальника секретариата УВД Леноблгорисполкома Васильева, но вместо него расписался кто-то другой.
В ответ на полученное сообщение секретариата 17 августа я обратился еще раз к начальнику Управления внутренних дел Леноблгорисполкома комиссару милиции II ранга Абрамову и вторично (после первого обращения 23 июля) просил о моем личном приеме. Я подчеркивал, что дважды назначался на прием, но в связи с отсутствием в Ленинграде Абрамова не мог быть им принят.
В моем обращении к тов. Абрамову я счел необходимым еще дополнительно сообщить о том, что я был принят в Главной военной прокуратуре прокурором подполковником юстиции тов. Беспаловым, которому поручено производство доследования по моему делу, а вопрос о моей peaбилитации рассматривается, по словам тов. Беспалова, в настоящее время одновременно в ГВП и в КГБ при Совете Министров СССР. В ходе проверки ряд обвинений, выдвинутых против меня, уже отпал.
Я подчеркнул, что подполковник юстиции Беспалов предупредил меня о том, что я буду в ближайшее время вызван вновь в ГВП и КГБ СССР для дополнительных показаний. Контроль за ходом проверки моего дела осуществляет непосредственно Генеральная прокуратура СССР.
В ГВП я при моем посещении оставил свой адрес в Ленинграде, адрес моей матери, для моего вызова.
В этом обращении к тов. Абрамову я указал и на то, что в Москве мне сообщили, что в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 03.12.59 г. за № 1347 предусмотрена возможность, в виде исключения, выдачи разрешения на прописку в городах для лиц освобожденных из ИТЛ.
Свободное копирование
