20-го [сентября], вторник.-- Пошел в дом Кошанской -- мебель привезена; я так и надеялся, это хорошо. Пошел в радости в почтамт, получил там 5 р. сер. из Аткарска Любиньке, и белье, и чай, и платок прислали из Саратова превосходный. Вечером, когда пришел, было уже все устроено и мне отвели последнюю комнату, может быть лучшую. Но докончу уже после, как обыкновенно раньше делал, у Фрейтага, а теперь за Гримма. Его стану писать, выпивши магнезии.
(Писано у Куторги на лекции в четверг, -- или нет, некогда.) Продолжаю, пришедши на лекцию к Перро, дожидаясь его. 3 октября первая лекция, понедельник.
Итак, 20-го, во вторник, привезли мебель. Этому я был весьма рад; итак, избавился от хлопот и все слота богу. Пошел в почтамт; деньги 5 р. сер., на которые я уже было надеялся, были присланы Любиньке. После этого пошел в университет. У Никитенки должен был читать Корелкин, но вместо того, чтоб читать, принес Калевалу -- кажется, так ее зовут, -- финляндскую поэму. Мне хотелось, чтобы он вместо того, чтоб читать ее, дал читать мне "Нафана"; однако, конечно, я ему этого не сказал, он читал. Вечер провел, разбирая разрезанное, что было удивительно медленно, так что привело меня в отчаяние. Отыскал из университета Ал. Фед.
21-го, среда, 22-го [сентября], четверг.-- В один из этих дней подошел ко мне Воронин и сказал: "Не поедете ли вы со мною на дачу?" Так, это было в четверг. У меня мелькнула мысль, что, должно быть, что-нибудь сделать для него, потому что Корелкин (теперь как я вижу, по предположению ошибочному, между тем как раньше я думал, что он это знал) сказал мне, когда я ночевал у них, что с его братьями занимается Стасюлевич, так у меня явилось положительное знание, что я потерял безуспешностью своего преподавания уроки у них: мысль, которая явилась во мне еще тогда, когда сказали весною, что Константин болен,-- да еще сначала еще раньше, когда в начале прошлого года не возобновились уроки с маленькими его братьями. Я сказал ему своим мягким тоном, как бы делая ему услугу: "Когда вам угодно, с удовольствием". И обрадовался, думал, что вот открывается путь готовиться вместе к экзамену, т.-е. получить деньги. Он продолжал: "А то мы остаемся еще долго на даче, потому что в доме поправляют, а между тем Костеньке не должно уже откладывать; маленькие братья могут погодить до переезда сюда".-- Превосходно! Превосходно! Это меня весьма обрадовало как нельзя более -- итак, снова источник этот получения денег открывается и снова мне можно будет давать больше Вас. Петр-чу и вместе с тем несколько давать и Терсинским, и оставлять и себе 3--4 р. сер. в месяц. Итак, все устраивается лучше, чем я уже надеялся. Я был в большой радости.
Свободное копирование
