Суббота, 23 декабря. Робер-Флери сказал мне следующее – никогда не следует быть довольным собою. Жулиан говорит то же самое. Но, так как я никогда не была довольна собой, то принялась размышлять над этими словами. И когда Робер-Флери сказал мне много приятных вещей, я отвечала ему, что он хорошо сделал, сказав мне их, потому что я совсем собой недовольна, обескуражена, в отчаянии,- что заставило его широко раскрыть глаза от удивления.
И, действительно, я была обескуражена. С той минуты, как я никого не изумляю, я обескуражена, это несчастье!
В конце концов я сделала успехи неслыханные, у меня,- мне это повторяют – «необыкновенные способности». У меня выходить «похоже», «цельно», «верно». «Чего же вы еще хотите? Будьте благоразумны»,- закончил он.
Он очень долго оставался около моего мольберта.
– Когда рисуют так,- сказал он, указывая на голову, потом на плечи,- то не имеют права делать таких плеч.
Швейцарки и я ходили потихоньку к Бонна, чтобы он принял нас в свою мужскую мастерскую. Понятно, он объяснил нам, что эти пятьдесят молодых людей находятся без призора, что это абсолютно невозможно. Потом мы отправились к Мункаччи, венгерскому художнику, у которого роскошный отель и большой талант.
– Он знает швейцарок: у них было к нему год тому назад рекомендательное письмо.
Свободное копирование
