authors

881
 

events

127120
Registration Forgot your password?
Memuarist » Authors » Roman_Gul

Гуль Роман Борисович

Русский писатель, эмигрант, журналист, публицист, историк, критик, мемуарист, общественный деятель. Участник Гражданской войны в составе Белого движения, участник Первого Кубанского (Ледяного) похода Добровольческой армии.
Русский писатель, эмигрант, журналист, публицист, историк, критик, мемуарист, общественный деятель. Участник Гражданской войны в составе Белого движения, участник Первого Кубанского (Ледяного) похода Добровольческой армии.

Детство провёл в Пензе и имении отца Рамзай в Пензенской губернии. Учился в Пензенской 1-й мужской гимназии. В 1914 году Гуль поступил на юридический факультет Московского университета.

В августе 1916 года призван на военную службу. После окончания Московской 3-й школы прапорщиков — в действующей армии.

После Октябрьской революции добрался до Новочеркасска. Вступил в партизанский отряд полковника Симановского, который влился в Корниловский ударный полк Добровольческой армии. Участвовал в Ледяном походе генерала Корнилова, ранен.

Осенью 1918 года уехал в Киев. В Киеве записался в «Русскую армию» гетмана Скоропадского, а после захвата города Петлюрой оказался военнопленным. Находился в заключении.

В начале 1919 года вместе с другими пленными из состава Русской армии был вывезен немецким командованием в Германию

С 1920 года Роман Гуль жил в Берлине, и в 1921—1923 годах работал секретарём редакции журнала «Новая русская книга».

В июле 1923 — июне 1924 года редактировал литературное приложение к газете «Накануне» (после отъезда предыдущего редактора — Алексея Толстого из эмиграции на родину).

Был корреспондентом советских газет. Сотрудничал в журнале «Жизнь», «Времени», «Русском эмигранте», «Голосе России» и других периодических изданиях.

После прихода национал-социалистов к власти в Германии летом 1933 года подвергся аресту (как русский эмигрант, написавший книгу о русских террористах) был заключен в концлагерь, но в сентябре 1933 освобождён и сумел эмигрировать в Париж, где опубликовал документальное повествование о своём пребывании в концлагере «Ораниенбург: Что я видел в гитлеровским концентрационном лагере» (1937).

Во время немецкой оккупации Франции, скрываясь от ареста, жил на ферме на юге Франции, работал на стекольной фабрике.

В 1950 году переехал на жительство в США. Поселился в Нью-Йорке. С 1951 года работал ответственным секретарём русскоязычного эмигрантского «Нового журнала»; после смерти в 1959 году главного редактора журнала Михаила Карповича возглавил это издание и оставался его главным редактором до самой своей смерти.

Умер 30 июня 1986 года в Нью-Йорке после продолжительной болезни. Похоронен на кладбище Успенского женского Ново-Дивеевского монастыря в Нануэте, Нью-Йорк.

Автор единственной в своем роде энциклопедии русской эмиграции "Я унес Россию. Апология эмиграции".



Роман Гуль. "Конь рыжий"свернуть
Date of birth – death:13.01.1896 – 30.06.1986
Country: США
City:Нью-Йорк
www: http://lib.ru/RUSSLIT/GUL/
Язык: Русский
Событий: 80
Date of birth – death:13.01.1896 – 30.06.1986
Country: США
City:Нью-Йорк
www: http://lib.ru/RUSSLIT/GUL/
Язык: Русский
Событий: 80
Date of birth – death:13.01.1896 – 30.06.1986
Country: США
City:Нью-Йорк
www: http://lib.ru/RUSSLIT/GUL/
Язык: Русский
Событий: 80

Русский писатель, эмигрант, журналист, публицист, историк, критик, мемуарист, общественный деятель. Участник Гражданской войны в составе Белого движения, участник Первого Кубанского (Ледяного) похода Добровольческой армии. ... Еще
Русский писатель, эмигрант, журналист, публицист, историк, критик, мемуарист, общественный деятель. Участник Гражданской войны в составе Белого движения, участник Первого Кубанского (Ледяного) похода Добровольческой армии.

Детство провёл в Пензе и имении отца Рамзай в Пензенской губернии. Учился в Пензенской 1-й мужской гимназии. В 1914 году Гуль поступил на юридический факультет Московского университета.

В августе 1916 года призван на военную службу. После окончания Московской 3-й школы прапорщиков — в действующей армии.

После Октябрьской революции добрался до Новочеркасска. Вступил в партизанский отряд полковника Симановского, который влился в Корниловский ударный полк Добровольческой армии. Участвовал в Ледяном походе генерала Корнилова, ранен.

Осенью 1918 года уехал в Киев. В Киеве записался в «Русскую армию» гетмана Скоропадского, а после захвата города Петлюрой оказался военнопленным. Находился в заключении.

В начале 1919 года вместе с другими пленными из состава Русской армии был вывезен немецким командованием в Германию

С 1920 года Роман Гуль жил в Берлине, и в 1921—1923 годах работал секретарём редакции журнала «Новая русская книга».

В июле 1923 — июне 1924 года редактировал литературное приложение к газете «Накануне» (после отъезда предыдущего редактора — Алексея Толстого из эмиграции на родину).

Был корреспондентом советских газет. Сотрудничал в журнале «Жизнь», «Времени», «Русском эмигранте», «Голосе России» и других периодических изданиях.

После прихода национал-социалистов к власти в Германии летом 1933 года подвергся аресту (как русский эмигрант, написавший книгу о русских террористах) был заключен в концлагерь, но в сентябре 1933 освобождён и сумел эмигрировать в Париж, где опубликовал документальное повествование о своём пребывании в концлагере «Ораниенбург: Что я видел в гитлеровским концентрационном лагере» (1937).

Во время немецкой оккупации Франции, скрываясь от ареста, жил на ферме на юге Франции, работал на стекольной фабрике.

В 1950 году переехал на жительство в США. Поселился в Нью-Йорке. С 1951 года работал ответственным секретарём русскоязычного эмигрантского «Нового журнала»; после смерти в 1959 году главного редактора журнала Михаила Карповича возглавил это издание и оставался его главным редактором до самой своей смерти.

Умер 30 июня 1986 года в Нью-Йорке после продолжительной болезни. Похоронен на кладбище Успенского женского Ново-Дивеевского монастыря в Нануэте, Нью-Йорк.

Автор единственной в своем роде энциклопедии русской эмиграции "Я унес Россию. Апология эмиграции".



Роман Гуль. "Конь рыжий"

Глядеть на свою керенскую площадь, это всегдашний любимый отдых деда. Всё-то он разглядывает и всё ругает. На вороной кляче в ветхозаветной казанке с Почтовой улицы на площадь выехали помещики, отец и сын Лахтины; они славятся небывалым враньем своих охотничьих рассказов,...Ещё
26.06.2018 в 05:47
Иногда появлялся и юродивый Юдка, полуголый, заросший волосом, он бесцельно начинал шляться по площади, выкрикивая нечленораздельные звуки. Все Юдку знали. Из калиток божьему человеку выносили кто одежду, кто поесть. Пробродив так день, Юдка куда-то пропадал...Ещё
26.06.2018 в 05:50
Поездка в Сапеловку обсуждалась всегда еще дольше, потому что двенадцать верст всем казались страшным расстоянием. Чтоб не мучить своих лошадей, брали ямскую тройку...Ещё
26.06.2018 в 05:53
День, когда я уезжал из Керенска почти навсегда, был теплый, августовский. Как обычно за минуту до отъезда в зале все сели и тут же, как всегда, первым поднялся дед, перекрестился на образа, и началось прощанье с наказами, объятьями, слезами теток, бабушки, деда;...Ещё
26.06.2018 в 05:57
Кончилась юность смертью отца. Отец умер молодым. Это была первая смерть, которую я увидел. Я проснулся тогда от шагов матери...Ещё
26.06.2018 в 06:01
Именье отца Конопать раскидывалось по холмам. К усадьбе шла малоезжая дорога, на лесной опушке стоял бревенчатый дом с резными карнизами и конька­ми и с широченным балконом,...Ещё
26.06.2018 в 06:08
Однажды маклаку, приехавшему покупать телок, с крыльца так и отрезала низким басом. – Телок продаю, да тебе дураку не продам, потому что стоишь передо мной в шапке. – Да что вы, барыня, Богородица что ль, чтоб перед вами без шапки-то стоять?...Ещё
26.06.2018 в 06:11
А еще через ночь в керенскую почтовую контору пришла весть о неожиданной войне. Перед дедовым до­мом площадь запружена крестьянскими лошадьми всех мастей и отмастков; телеги отпряжены, меж ними гурь­бой ходят парни с гармоньями, отчаянно кричат песни. Это всеобщая мобилизация...Ещё
26.06.2018 в 06:25
Пришли тяжелые известья: старшему Сбитнёву оторвало ногу, он лежит в Царском Селе в лазарете, а в евлашевской ночной избе потихоньку плачет его баба. Конопатский Крушинин убит далеко от Конопати, под Танненбергом, на селе даже не знают, где это?...Ещё
26.06.2018 в 06:26
Я тогда еще не знал, что человек может быть пере­делываем жизнью. Мы – студенты, но идя строем к каптенармусу, уже даем ногу, и в мерном ударе общей ноги есть даже какое-то удовольствие...Ещё
26.06.2018 в 06:29
Сероватый рассвет. Морозная тишина. В улицах ни души. Деревянные тротуары заснежены. На крышах греются у труб галки. Все еще спят. А я прапорщик 140 пехотного запасного полка иду в полк на занятия и слушаю, как круто скрипят мои подметки по обледе­нелым тротуарным половицам...Ещё
26.06.2018 в 06:32
Вдруг в передней позвонили. Разношеными вален­ками няня Анна Григорьевна прошуршала к парадной двери. И вдруг чьи-то чересчур быстрые шаги, и еще путаясь в рукавах скидываемой шинели, приятель, пра­порщик Арзубьев из передней закричал: «Потрясающее известие! В Петербурге переворот!...Ещё
26.06.2018 в 06:34
Но в полку никто еще ничего не знает. В бараках тихий гул солдатских голосов; в поле на занятия их не вывели и солдаты чувствуют, что, кажется, произошло для них что-то важное. Но что? Не знают. Они пере­говариваются, перешептываются, но как только подхо­дят офицеры, хмуро расходятся...Ещё
26.06.2018 в 06:35
На Московской улице красные банты, красные зна­мена; и откуда достали столько кро­вавой материи? Пензяки, без различия состояний, все улыбаются, как на Пасху. На извозчиках, потрясая раз­битыми кандалами, в халатах, в войлочных шапочках, в казенных котах едут освобожденные уголовники...Ещё
26.06.2018 в 06:37
В церкви нас двое: мать и я. Дряхлый отец Никодим в зеленоватой епитрахили служит напутствен­ный молебен; в церкви пахнет и ладаном и какой-то милой затхлостью. Я уезжаю с маршевым батальоном на юго-западный фронт, где началось наступление рус­ской армии...Ещё
26.06.2018 в 06:40
Но на утро у Днестра, в солнечном местечке Зале­щики, солдаты замитинговали. Мы довезли из Пензы только половину батальона, другая повыпрыгивала на станциях в темноте ночей. Но вот и привезенные, почув­ствовав, что потянуло сыростью окопов, боями, смерт­ной тоской, сошлись на митинг...Ещё
26.06.2018 в 06:44
Сколько дней мы идем? То ночуем в разворочен­ных гранатами халупах, то на дворах под нежно шеле­стящими ветлами. В походном снаряжении люди спят в странных вывернутых позах; если б они не вскрики­вали, не стонали во сне, можно было бы подумать, что это забытые на дороге трупы...Ещё
26.06.2018 в 06:47
На шоссе под Коломыей общее столпотворение до­шло до отчаяния. Теперь уж всё движется хаосом в двух направлениях: отступая и наступая. Нам навстре­чу по смятому кукурузному полю лавой промчалась конница. Какие-то растерзанные, до последнего усталые, только что вышедшие из боя...Ещё
26.06.2018 в 06:48
Немцы наступают. За зеленым перевалом в не­скольких верстах их головные части. Сзади нашей цепи, под летящим ветром шумит лес. Это живописное место хорошо называется: Млынские хутора. И когда не слыш­но взрывов артиллерии, кругом стоит лесная тишина. ...Ещё
26.06.2018 в 07:34
Отходя в арьергарде, наша 117 дивизия прикрывает общее отступление армии, а я с полуротой замыкаю отступление полка. Мы идем уже по прекрасной Бессарабий, которую я так полюбил. Вместе с нами движется граница России...Ещё
26.06.2018 в 07:36
1-20 из 80

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2020, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Legal information
Terms of Advertising
We are in socials: