В июне 1985 года я провел две недели в семье дочери в Мурманске. Ее муж служил командиром БЧ-V на атомной подводной лодке, а она с двумя сыновьями, Сережкой и Кирюшкой, была, так сказать, "хозяйкой дома", поскольку в закрытом небольшом городке работы для офицерских жен не было. Я наслаждался прогулками, играми и разговорами с внуками и радовался тому, что опять оказался в такой дорогой мне флотской среде. Одно обстоятельство меня очень встревожило: в городке были карточки! Их стыдливо называли талонами, но суть от этого не менялась, талоны выдавались на сливочное масло, колбасные изделия и значительную часть промышленных товаров, включая даже детские шубки. Государство оказалось не в состоянии обеспечить семьи офицеров даже стратегических ядерных сил. Да, подумал я, дальше ехать некуда!..
Тем не менее, я надеялся, что у Горбачева хватит и ума и умения, с помощью всесильной партии, плавно, по глиссаде, перевести сверхцентрализованное монопольное народное хозяйство в эффективно работающую экономику. У меня, повторюсь, еще оставалось чувство партийности. Я надеялся, что перестройку без особых потрясений можно будет довести до положительных, ощутимых "на вкус и ощупь", результатов. Двум сотрудникам, очень порядочным людям и хорошим специалистам, я в это время дал рекомендации для вступления в КПСС. До этого их не принимали, так как они проходили бы по статье "служащие", а не "рабочие". В рекомендации я написал, что они разделяют идеи перестройки и стараются их реализовать в своей работе. Теперь их приняли, конечно, не потому, что я писал рекомендацию, а потому, что началась перестройка.
К сожалению, через пару лет стало ясно, что романтика, как это обычно происходит, оборачивается прозой жизни. Оказалось, что перестройка не имеет четкого плана, время зачастую теряется зря, а драгоценный энтузиазм улетучивается. И, тем не менее, "Процесс пошел". Эти два слова Горбачева стали крылатыми!
Вместе с отменой цензуры и принятием закона о кооперативах лавинообразно стал расти книжно-журнально-газетный поток. В нем захлебывались и тонули партийная история, марксизм-ленинизм и социалистический реализм. Книжный рынок опередил своим появлением все остальные виды рынка. Никогда на моей памяти так много не читали. Внешнеполитические события отошли на задний план, стали читать газетные передовицы! Если считать, что красная Москва была четвертым Римом после третьего, рухнувшего в 1917 году, то именно с этого времени я перестал смотреть на несоциалистическую часть человечества как римлянин на варваров.
Нет ни возможности, ни необходимости перечислять прочитанное. Я ограничусь лишь некоторыми публикациями, наиболее повлиявшими на мое отношение к социалистической действительности. Пожалуй, первой в этой последовательности была статья доктора технических наук, профессора А. Ефимова. Она называлась "Элитные группы, их возникновение и эволюция" Речь шла о математическом моделировании поведения лучших (в смысле поставленного критерия отбора) человеческих групп. Приводимые результаты исследований имели явное социальное истолкование, поскольку такими группами были названы и монашеский орден, и номенклатура, и ЦК партии, и высшее армейское командование, и олимпийская сборная... Короче, группой может быть любой социальный организм, имеющий правила отбора и пополнения убыли своего состава.
Статистические данные моделирования свидетельствовали: если из элиты выбывают лучшие (отрицательная обратная связь), то система деградирует. Если при этом "рекомендатель" для нового "претендента" сам находится еще и внутри группы, то скорость деградации увеличивается. При появлении личной преданности и подобных неформальных связей между членами группы, "коалиция" превращается в "клику".117 Последнее не происходит в группах с положительной обратной связью, например, в спорте, где из команды выбывают худшие, а пополнение происходит на основе объективного эталона и из внешней совокупности кандидатов.
В статье упоминались и Сталин, и Орджоникидзе, и Киров, и Тевосян, и Куйбышев и другие известные фигуры нашей истории, и НЭП, и имевшие место чистки,"прополки". Впрямую не были названы лишь Ленин, Политбюро ЦК КПСС и М.С. Горбачев. В заключение говорилось, что средством против образования клик служат предельные сроки пребывания у власти выборных лиц, обязательное обновление выборных органов и другие демократические процедуры. За статьей следовала обширная рецензия, написанная академиком Н.Н. Моисеевым. Суть ее можно было сформулировать так: или кардинальная перестройка, или деградация.
И статья и рецензия меня очень обрадовали, я даже принес журнал на работу и дал его почитать сослуживцам. Закономерности происходящего в стране объяснялись почти с академической бесстрастностью, были и убедительны и созвучны моим мыслям. В кажущийся хаос, особенно телевизионный и газетный, вплеталось что-то вроде научной обоснованности!
Свободное копирование
