И вот, наконец, я уже не кандидат, а слушатель. Радость была настолько большой, что не оставила и следа от накопившихся за два месяца напряжения и усталости. Теперь можно было перевести дыхание и оглянуться повнимательнее вокруг. Теснота мира, по крайней мере тесность флотского мира, бросалась в глаза. Знакомых оказалось много: и Гена Надъярных, и Делио Грамши и Леша Сытин и еще несколько сослуживцев и однокашников - это было, так сказать, в порядке вещей, но вот предполагать, что я вновь попаду под начало (пусть косвенное) Аркадия Варфоломеевича Кацадзе, я никак не мог. Он стал каперангом и начальником строевого отдела академии. Я опять стал первокурсником и, как всех первокурсников, нас в первую очередь стали ставить в наряд, то есть на дежурство по Академии. На дежурстве полагалось выполнить ряд установленных ритуалов, в том числе церемонию встречи начальства. Начальник академии и начпо относились к этому делу без особого интереса, но начальник строевого отдела - это был его "хлеб" - напротив, с максимальной истовостью.
Когда появлялся Кацадзе, надо было всё рассчитать так, чтобы остановившись в трех шагах от него на вполне определенном квадрате мраморного пола вестибюля, громко и четко доложить о состоянии дежурства и представиться, а затем и сопровождать его, пока это будет необходимо.
Все так и происходит, я иду с ним в дежурное помещение, отвечаю на вопросы, а потом, когда он собирается уходить, говорю:
- Товарищ капитан 1-го ранга! Вы, конечно, меня не помните, но мы вместе служили в Москве, я был на подготовительном курсе, а вы были тогда начальником училища.
Серьезное выражение его лица сменяется улыбкой, потом вновь серьезнеет, и гортанным голосом со своим характерным акцентом он произносит:
- Спасибо за службу! Будэтэ отмечены в приказе! - и пожимает мне руку.
Действительно, на следующий день по академии был объявлен приказ. В ответ на вопросы одноклассников я скромно заметил, что просто хорошо нес службу, а, кроме того, мы с А.В. Кацадзе вместе служили. И подумал при этом: слабый я человек; мне бы надо пойти и попросить отменить приказ как несправедливый: никакой благодарности, я не заслужил. Но почему-то я не пошел!..
Свободное копирование
