17 июля, среда.
Madame Odobez {Хозяйка пансиона, где снимала комнату Е. Дьяконова.} постучалась ко мне в дверь и таинственно сообщила:
-- Мадмуазель, там внизу вас кто-то спрашивает, мужчина, мсье... мне кажется, это русский нигилист... <...>
Вот сюрприз! передо мной был один из сотрудников нашей газеты "Север" {Газета, выходившая в Ярославле.} -- Иван Николаевич Корельский.
Маленький, некрасивый, застенчивый -- он всегда носит блузу и говорит очень медленно. Вот эта-то, совсем необычайная для французского глаза внешность и заставила madame Odobez произвести его в "нигилисты".
Я его мало знаю, но он славный человек. И, конечно, сразу предоставила себя в его распоряжение. Устроила его, наняв комнату в нашем же пансионе, который совсем опустел.
Он видел братьев перед отъездом. Никто из семьи и не подумал прислать мне ни письма, ни чего-нибудь с родины. Но я была так рада, так рада увидаться с кем-нибудь из Ярославля.
С его приездом на меня точно пахнуло ветром с Волги, и на парижском горизонте мелькнули необъятные родные равнины, поля, луга, леса...
Он сидел и рассказывал, что делается на родине, а я жадно ловила каждое слово.
Свободное копирование
