Дневник 1867 года - 184

Среда, 6 <ноября>/25 <октября>

   Сегодня рано утром встала и окончила ту половину пальто, потом выгладила утюгом вторую половину и прибавила к ней полоски, так что сегодня у меня работа значительно подвинулась вперед. Федя все посматривает и говорит, что очень хорошо, вообще он нынче приходит к убеждению, что и я могу кое-что шить, и говорит, что я шью хорошо. Я очень рада этому мнению в нем, потому что у него почему-то составилось мнение, что я решительно ничего не умею делать, что я не хозяйка и что вообще на меня очень много идет. Пошли сегодня опять вечером на почту, и я как-то особенно надеялась получить письмо от мамы, но вдруг нам сказали, что письма нет. Меня это просто поразило, и я ужасно пожалела, зачем я не богата, зачем у меня нет лишних 40 франков, чтобы послать в Петербург телеграмму и знать, что там такое случилось, что она ничего мне не пишет. Может быть, кто-нибудь из них болен, а они боятся меня испугать и потому ничего не пишут, но ведь, право, гораздо лучше знать худшее, чем ничего не знать, потому что тогда бог знает что такое представится в уме и решительно нельзя себе найти покою. Наша хозяйка говорит, что у французов есть такая пословица: pas de nouvelles - bonnes nouvelles {Нет новостей - добрые вести (фр.).}, но такая пословица нисколько меня не утешает, и мне сделалось так тяжело, когда мы пришли домой, что я плакала как сумасшедшая; мне представлялись все различные несчастья, хотя, между тем, ничего там не случилось, а мне не пишут, потому что я сама ничего не пишу. Я забыла сказать, что вчера я отправила письмо к маме с настоятельной просьбой писать мне и сказать, что с нею сделалось, что она так долго мне никакого ответа не дает. Федя меня утешал и уверял, что, вероятно, там ничего не случилось, а так, какое-нибудь недоразумение. Ему, видно, было жалко меня. Он был очень добр[ый] и мил[ый] ко мне. Когда он прощался, то он сказал, что меня ужасно любит, что жить без меня не может, что когда тогда он отправился в Саксон ле Бен, то дорога его кое-как развлекала, но там ему сделалось до такой степени грустно без меня, так что он не знает, как бы он стал без меня жить. Я очень рада таким словам его, мне такие слова точно бог знает какой подарок.