authors

1090
 

events

150835
Registration Forgot your password?
Memuarist » Members » Nikolay_Amosov » Подольск - 1

Подольск - 1

07.01.1942
Подольск, Московская, Россия

Как долго длятся эти переезды. Вчера, 7 января, мы, наконец, приступили к работе. И какая работа! Нам отвели три верхних этажа госпиталя, что в школьном здании. Профиль - "средняя тяжесть". На первом этаже расположился эвакопункт - он сортирует всех поступающих: кого в ГЛР, кого в спецгоспиталь для тяжелых, остальных - нам.

За неделю многое изменилось. Уже нет терапии, вместо нее - второе хирургическое отделение с новым начальником. Кандидат медицинских наук Залкинд, мой старый знакомый по Архангельску. Был ассистентом на факультетской хирургии, где я пробыл два месяца перед тем, как сбежать совсем. Ученик Бурденко, нейрохирург. Интересный человек, книголюб, эрудит. Курит трубку и оттопыривает нижнюю губу. Увы - он назначен ведущим хирургом.

Бочаров сказал:

- Иначе нельзя. Он кандидат, а вы еще молоды. Но он не будет вами командовать, вы будете совсем самостоятельны, со своим профилем... Обещаю вам.

Бог с ним. Дело не в звании - так я себя утешаю. Важно, чтобы работать самостоятельно.

Залкинд и я руководим бригадами, каждая обслуживает по сто пятьдесят раненых. Работаем по двенадцать часов. Живем в бывшем роддоме. Ничего живем, удобно. Сплю на высокой родильной кровати.

Сегодня наша смена. Торопимся утром в госпиталь с Линой и Лизой - они, естественно, в моей бригаде, так же, как Зоя и Тамара. А Канского у меня забрали.

Холод адский. Пускай, фрицев нужно морозить. Раньше в нашей северной деревне так морозили тараканов. Около госпиталя стоят две открытые полуторки и автобус. Санитары снимают с них носилки. Слышу монотонные слова-стоны:

- Ой, скорее; скорее!.. Ой, холодно!

Главный приемник ЭП - физкультурный зал ("вокзал") - вмещает до двухсот человек. Середина заставлена носилками. Вдоль стен и в проходах сидят. Справа у входа регистрация - стол, фельдшер в окровавленном халате. Все заполнено по завязку. Очумелый, заросший, опухший военврач ходит между рядами и сортирует. С ним сестра, еще несколько санитаров разносят питье, еду, судна. Гул голосов, дым махры, света мало - окна заделаны фанерой, горит лампочка под потолком. Я бодренько спрашиваю:

- Ну, как обстановка, доктор?

- Что, не видишь? Если к полудню летучка не придет - друг на друга ставить будем. Ты на смену? Забирай вот этих, правый ряд. Свеженькие, из армии...

Ординаторская еще свободна от носилок, и там собрались наша и ночная бригады. Залкинд сидит со своей трубкой, важный, прямой, как гусь.

- Устал, знаешь... Человек пятьдесят перевязали... Ты посмотри, пожалуйста, новых.

Пятьдесят - это мало, я знаю, но не положено спрашивать и советовать. Мы все-таки мужчины.

- Пошли, девчата!

Машина закрутилась. Лина, Лиза в перевязочную - обрабатывать новых, я в обход - сортировать. Первое - отобрать на эвакуацию. Нужны места, ЭП задыхается. Отправлять в хорошем состоянии, с хорошими повязками. Отмечать: "Лежа", "Сидя". Второе - на перевязку, не пропустить газовую, кому надо - гипс. Да, Бочаров уже требует гипс, хотя нам совсем не до него - барахтаемся в потоке раненых, в постоянном цейтноте, кризисе мест. "Вы госпиталь! И сейчас не русско-японская война". Все понимаю, но как охватить?

У нас вид приличий. Кровати, белье, халаты. К сожалению, это внешне. Моем только тех, кто задерживается, потому что пропускник забит ранеными.

Полегчает - разберемся. "Когда полегчает, уедем, - так сказал Бочаров. - Наступать".

Раненые не тяжелые, но большинство лежачих. Ранения мягких тканей и переломы голени, стопы. А обмороженных по-прежнему нет. Это при таком-то морозе, при наступлении, когда нет блиндажей и окопов, когда села сожжены. Да, интенданты молодцы!

А вот вши - есть. Не так много, сам не вижу, но сестры говорят, что есть. Вещи прожариваем. Того и гляди, сыпной тиф, как в гражданскую был.

Перевязки. Принести раненого на носилках, положить на стол - двое санитаров-носильщиков. Развязать бинт, шину, салфетки - обнажить рану. Если перевязка первая после операции, обработки раны, марля приклеилась, больно. Можно перекисью смочить и медленно-медленно отдирать от кожи. Хорошо, но очень долго. Времени нет. Можно рывком - без предупреждения.

- Что ты делаешь, холера!.. Что ты рвешь! Отмочить нужно...

Тамара - мастер уговаривать, взывать к мужскому терпению.

- Ты потерпи, родной, потерпи... Я сразу сниму, немножко больно будет, но зато быстро... А так, если отмачивать, - и больно, и долго. Хорошо? Ты же солдат, потерпи.

Зоя стоит у стерильного стола в стерильном халате и перчатках, по всем правилам.

Все операции я делаю сам - это быстрее. Маленькие рассечения - под местной анестезией, большие - под наркозом. Оперируем примерно каждого пятого. Радикальные иссечения уже явно опоздали - вторые-третьи сутки идут. Но рассекать необходимо. Газовой пока нет. Зимой микробов меньше. О гипсах: для глухих повязок условий нет - во-первых, времени требуют, во-вторых, эвакуацию задерживают. За прошлый день наложили всего четыре - три на голени и на плечо с жилеткой. Но есть паллиатив - гипсовые лонгеты как транспортная иммобилизация улучшенного качества. Не вижу особого смысла, но требует Бочаров. Так и крутим:

- Санитары! Стол пустует! Живее!

- Варя, лонгету на голень!

- Зоя, все для иссечения, под местной!

- Тамара, наркоз!

- Лиза, запиши: "Кириллов. Слепое пулевое ранение средней трети левой голени, с переломом большебериовой кости, осколчатым. Отек. Рана 3х0,8, не обработанная. Операция. Рассечение: разрез 9 см до кости. Удалены свободные костные осколки - 2. Пуля не найдена. Повязка с хлорамином. Шина Крамера до паха. Эвакуация - "лежа". Перед эвакуацией посмотреть. Все. Следующий?

Периодически в перевязочной появляется кипящая Любовь Владимировна:

- Николай Михайлович! ЭП требует принять еще восемь лежачих. Положить некуда. Говорят, все равно принесут. Что делать?

- Что делать?! Почем я знаю что! Кладите по двое!

- Но это ужасно!..

И так часов до четырех, пока обед не принесут. К восьми вечера приходит другая бригада. После ужина и уборки перевязочной, часов в девять, они вступают на главную линию, а мы отправляемся на вечерний обход и начинаем несрочные повторные перевязки. Возвращаемся в свой роддом в час или два ночи. Бредем по морозу и снегу, чуть живые, но удовлетворенные. Хотя всех дел не переделать и что-то до утра осталось, но не срочное.

14.12.2015 в 20:26

Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2022, Memuarist.com
Idea by Nick Gripishin (rus)
Legal information
Terms of Advertising
We are in socials: