У нас с Сашей сложилось так, что ничего внешне не изменилось от того, что мы стали мужем и женой. Моя мама взяла на себя заботу о доме. Я не ощущала никаких перемен. Утром вставали — был готов завтрак. Завтракали — уходили па тренировку. Приходили — уже готов обед. Обедали, отдыхали, уходили. Уже все было вымыто, поглажено, постирано. Бытовой стороны семейной жизни я не знала, пока мы катались. Первый свой обед я приготовила в 30 лет. Еле уговорила тогда маму поехать отдохнуть на дачу, потому что она боялась, что мы без нее с голоду умрем. Оставила мне список, что купить, и подробную инструкцию: что, как, куда, каким маслом полить, как положить курицу на сковородку и что внутренности из нее надо сначала вынуть.
Я достала бабушкину поваренную книгу. Стала изучать, как варить борщ. Долго пыталась разобраться в названиях частей.мяса, которые там упоминались. Выяснив, наконец, что нужно для борща, поехала на рынок. Когда я сказала продающему в мясном ряду, какое мясо мне нужно, от какой части коровы, он принялся хохотать. Он, торгуя мясом, сам не знал, как какая часть туши называется. Потом спросил: «Вам для чего мясо?» — «Для борща».— «Ладно, я вам дам».
Я вообще не хозяйка, но я отдыхаю, когда занимаюсь домашними делами, правда, это редко удается. Мы закончили выступать, а времени для дома не прибавилось. Был очень короткий период, когда я попробовала стать просто женой, в первую зиму нашей новой жизни. Саша пошел на работу, а я осталась дома, что было вполне естественно для женщины, которая ждет ребенка. «Родится ребенок,— размышляла я,— и забуду фигурное катание». Оказывается, я себя плохо знала. Я уже изнывала от тоски. Саша на работе, а я сижу целый день у дверей и, как собака, вою. Весной Виктор Иванович Рыжкин предложил мне работать в ЦСКА тренером. Осенью, прямо с тренировки, меня отвезли в роддом. Я даже не знала, что рожать пора...
Я стала матерью! Такое событие!.. А я не могла сидеть дома. Не могла жить семейными заботами. Снова начала ходить на тренировки. В это время подошел очередной чемпионат мира, мне предложили поехать в туристической группе и давать материал в «Известия». Я за это ухватилась. Юле было четыре месяца.
Я снова присутствовала на чемпионате, но уже в качестве зрителя, видела всех с трибуны, и было мучительно чувствовать себя вне команды. Потом меня попросили принять участие в тренерском семинаре в Оттаве, где пробыла три дня. В это время моя группа совершала поездку по стране, но я не жалела об этом, я радовалась хоть какой-то причастности к привычному делу. Для себя же я решила, что лучше сидеть дома, работать на льду и смотреть соревнования по телевизору, чем ездить вот так — отдельно от команды.
Свободное копирование
