Дневники - 95

   14 марта в пятницу Тизенгаузен[1] ко мне приехал. Спрашиваю: Что же, граф насчет моей поездки. Ответ: Пусть едет. Это его дело, но не Комиссии, а потому дать подъемных вполне нельзя. Я: Так он ничего не хочет дать? Замялся немец: Нет, я не знаю. Он вообще говорит, что содержание у вас останется.

   Потом я был у него в воскресенье. Долго сидел, 2 1/2 часа. Не заговаривал. Стал прощаться. Он говорит: Поболтаем. Стал сводить на раскопку, на мое дело — ничего.