И ещё такая маленькая деталь, но вот мне хочется её рассказать. Однажды я ехал из города - по каким-то делам ездил в город, возвращался... Сошёл с троллейбуса - тогда ещё троллейбус не ходил до завода, и нужно было идти по той тропинке, о которой я рассказывал, там уже была не тропинка, а дорога, потом там троллейбус стал ходить... Я шёл на завод - ну, это километр примерно. И по времени это совпало с тем, что с завода - это было начало пятого - шла смена, которая работала до четырёх часов дня. И вот мне навстречу шёл поток людей - сюда, на остановку троллейбуса - а я иду туда, на завод. И я иду, и всё время говорю: "Здравствуйте, Мария Ивановна!", "Здравствуйте, Пётр Иванович", "Здравствуй, Вера Ивановна", "здрасьте-здрасьте-здрасьте-здрасьте"...
Догоняет меня какая-то женщина и говорит: "Вы меня извините, вот я за вами иду от троллейбуса - вот вы со всеми здороваетесь, неужели вы всех знаете? Смотрите - здесь же сотня людей прошла!" Я говорю: "Да, я всех знаю, вы знаете - я работаю на этом заводе. Да, давно работаю, да, я действительно всех знаю, не просто" - "Но вы же называете всех по имени-отчеству или по имени, по крайней мере!". Я говорю: "Да, знаю я всех, да". Она: "Первый раз встречаю... И кем же вы работаете?" Я говорю: "Да начальником цеха" Она: "И это что, все - из вашего цеха?" Я говорю: "Да нет, это со всего завода". Ну, в четыре часа был пересменок, и люди, которым нужно на троллейбус, которые живут не на нашем посёлке, а в городе там и так далее, которым нужно ехать на троллейбусе - и они вот идут на троллейбус, вот так вот, да... Ну вот эта тётка удивлялась, что я со всеми здороваюсь. А когда спустя семнадцать лет я приехал на завод, уже работая начальником отдела охраны труда и техники безопасности в главке, в министерстве - вы бы видели, как меня встречали в цехах, когда я приходил в цеха - на меня набрасывались, обнимали, целовали те люди, которые семнадцать лет либо вместе со мной в одном цехе работали, либо в других цехах. Те, кто ещё остался и кто... Вот знали меня.
Вы знаете, у нас в цехе, вот в этом в первом цехе, работало несколько человек из заключения. Ну, то есть они отсидели свой срок - воры, хулиганы... Кто-то за хулиганство, кто-то - за воровство. Я их всех знал. Они неплохо работали. А тогда хочешь, не хочешь - нужно было быть в этой дружине по наведению порядка. А у нас, как я уже рассказывал, был клуб рядом с заводом, и там по каким-то дням кино показывали, мы все ходили туда в кино - это рядом с домом, ну, рядом там - от завода сто шагов. Там же была столовая, там же был магазин в этом здании - одноэтажное здание было - и клуб, с кинобудкой там, всё, как полагается. И туда приходили люди не только с завода, но и жители, в том числе из "Шанхая". Что такой "Шанхай"? Недалеко от завода было огромное поле самостроя, где после войны люди строили себе избы - из самана... Из чего только они ни строили - из кирпичей ворованных, из колец наших резиновых, **...портовых строили дома, жильё - вот, называлось это "Шанхай", и там была всякая шпана, как всегда. Почему "Шанхай" - не знаю, но это называлось "Шанхай". У нас многие работали, жившие там, ждали квартир, когда мы строили дома, ждали квартир... Ну, и вот они приходили в кино и иногда безобразничали, хулиганили. Я вовлёк в дружину вот этих ребят, которые из тюрьмы пришли. Я с ними проводил беседы, я им книжки давал читать... в общем, они меня ну только что на руках не носили - действительно...
И вот однажды смотрим мы кино, и какой-то парень - там два парня каких-то незнакомых - начинают безобразничать. И на них все цыкают - тише! А они нарочно мешают смотреть, мешают слушать, всех цепляют там... Я смотрел-смотрел, смотрел-смотрел на это дело, не выдержал - встал, подошёл, схватил одного в охапку, вытолкал его за двери и пинками поддал к двери из зала, открыл и пинками под зал дал, чтобы он туда летел. Ладно. Пришёл, сел на своё место. Всё стало тихо. Кончилось кино, выхожу я из кино, смотрю - стоят несколько человек, ждут, значит, меня, хотят побить. И не успел я глазом моргнуть - как вокруг меня вот эти мои ребята оказались. И моментально та группа исчезла - моментально исчезла, и больше я их не видел. А ребята эти вот продолжали работать и работали. Вот когда они пришли, они прогуливали... Но хорошие ребята. Вот я видел, что хорошие ребята! Не воровали они. Вот на заводе не воровали. Не знаю, как уж там, но на заводе не воровали. Вот это всё очень, конечно, здорово было. Ко мне очень хорошо относились. Я вспоминаю вот эти годы работы в Оренбурге с огромным удовольствием. Больше, пожалуй, нигде я с таким удовольствием не работал, если не считать работу в главке вот в отделе охраны труда и техники безопасности, там я тоже работал с удовольствием, мне нравилась эта работа. Ну, ГИПом - ещё ничего. А вот потом на Черкесском заводе - там очень тяжело было работать - это я расскажу, вот дойду до этого...
Ну, что ещё рассказать про первый цех? Ну, пожалуй, на сегодня хватит, я уже... времени-то - без двадцати четыре, по-моему... Ну да, без двадцати четыре. На сегодня хватит. Если чего ещё вспомню про первый цех - расскажу, а завтра или послезавтра, когда снова вернусь к диктофону, буду уже рассказывать о том, как меня сосватали в Черкесск...
Свободное копирование
