На одну из летних практик я попал в Черепеть под Тулой, где монтировалась самая сложная турбина по тем временам не только у нас, но и во всем мире. На это строительство приехал я в должности мастера по монтажу вместе со своими друзьями-однокурсниками, которым монтажное дело показалось по душе. Мир крупной строительной площадки - совсем не то, что город или деревня. К нему надо привыкнуть и полюбить его, иначе жить в нем будет неуютно и трудно.
При крупных электростанциях часто создают водохранилища, "моря", для охлаждения турбинных конденсаторов, к которым вода подводится по трубам таких размером, что по ним можно ходить в полный рост. В Черепети было "море", и такие же трубы, которые начинались от моего объекта - береговой насосной станции. С четырьмя бригадами рабочих предстояло смонтировать четыре насосных агрегата высотой примерно с четырехэтажный дом. Готовое здание насосной отделяла от "моря" земляная плотина, поскольку размещено оно было ниже уровня воды в водохранилище.
Для начала требовалось привезти насосы. С этим справились легко. Но когда дело дошло до электродвигателей, оказалось, что ни кранов, ни транспорта для таких тяжеловесных агрегатов на стройке нет. Решение подсказали бригадиры. Прямо на складе ящик с электродвигателем затащили тракторами на толстый стальной лист, потом прицепили к нему тросы, впрягли тракторы и поехали...
Это только в сказках так говорится: сел да поехал. В жизни все не так просто. Подъехали мы к насосной уже впотьмах, при свете прожекторов. По пути едва не опрокинули груз, тросы рвались, ломались гусеницы тракторов, ровняли бульдозером дорогу... Когда доехали, заглушили трактора, стало тихо-тихо, только тогда сообразили, что смертельно устали.
Трудностей было много, так много, что казалось, все их никогда не одолеть. Справишься с одними, новых еще больше и так без конца.
- Понаделали чертежей, черт бы вас побрал. Нет, чтоб один, да понятный, так целую папку выдали, попробуй разберись!
Этот бригадир - Сергеич, он не только чертеж, газету с трудом читает, но если ему объяснить, куда какая труба идет, где поворачивает, показать по месту, то работу он сделает хорошо и быстро. Бригада у него подобрана послушная, лентяев, бракоделов не терпит.
- Не обижай рабочего человека и он к тебе со всей душой, - сказал Сергеич, и я всегда к этому стремился.
Первые наряды, которые я со страшными мучениями закрыл своим бригадам, вернули мне обратно, изрядно посмеявшись при этом. Известное дело - студент, что с него возьмешь. Сейчас я и сам посмеялся бы над своим творением, но тогда было не до смеха. Официальные денежные документы для четырех бригад, под каждым из которых стояла моя подпись, оказались смешны до глупости.
- Переделай, люди должны получить зарплату, - сказал прораб.
- Зарплату или заработок?
- Какая разница, должны получить и все!
Заработок в нарядах был подсчитан верно. Все цифры, объемы работ, расценки проверены и перепроверены, а конечный результат в два раза меньше обычного, к которому люди привыкли и считали своей зарплатой. Помогли, подсказали...
С Виктором Богдановым, звеньевым по турбине, будущим лучшим бригадиром треста "Мосэнергомонтаж", мы облазили все окрестные пруды в поисках карасей. А хотелось рыбы настоящей, большой. Однажды пошли далеко, на другой берег водохранилища, где рыба непуганая, и ничего не поймали. Замерзли. Разложили костерок, повесили бредень, раскрыли сумку, налили по стопочке.
Тихо было. Говорить не хотелось. Слушали, смотрели. На другом берегу наша ТЭЦ, вся в огнях и искрах электросварки. Некоторые огни движутся в ночном небе, это стрелы кранов. Сказочное огненное великолепие отражается в гладком спокойствии воды, воды большой, серьезной. Иногда удары железа, то частые, то редкие, глухие, звонкие, хохочащие, плачущие, усиленные или ослабленные водой и расстоянием, долетают до нас необычайной волнующей музыкой. Симфония! Трудовая! Невыдуманная!
Свободное копирование
