В следующий раз мы встретились в Витебске в 1916 году.
Немецкие разъезды дошли до Березина, километров за 20 от Стадолища. Мы с Никанором были в Бобруйске: я в Инженерном управлении, эвакуированном из Ивангородской крепости, а Никанор в эвакуированном округе путей сообщения. Его семья была в Соболеве. Я решил эвакуировать маму, сестер и семью Никанора в Витебск. Вильгельм нашел для них комнату.
Вильгельм встретил нас на вокзале в шикарном экипаже, хорошо одетый, в форме авиационной части, упитанный, краснощекий, жизнерадостный. Хорошая офицерская квартира, нарядная, подкрашенная Елена.
Все прежние наши знакомые были от него в восторге:
- Вот это настоящий пан, толстый, богатый.
В ноябре 1917 года мы с Симой и детьми со всевозможными трудностями пробирались в Ленинград, где уже власть была в руках большевиков. Нам удалось сесть в штабной вагон. Здесь же везли какого-то арестованного солдатами инженера. В вагоне стоял караул, который спасал нас от стихии - солдатской массы пробиравшейся с фронта по домам.
На всех станциях они лезли в вагон и через двери, и через окна, и на крыше. Случалось и убивали офицеров. У меня был вызов из инженерной Академии: "явиться для окончания образования". До войны я перешел на старший курс. В Орше наш вагон сразу отцепили и загнали на запасной путь, а подцепили перед самым отходом. На стоянке караул был не в состоянии сохранить нашу неприкосновенность.
Во время стоянки я вызвал по телефону Вильгельма. Мне было известно, что их отряд в Орше (или в Витебске?). Оказалось, что у него все благополучно. Солдаты выбрали его помощником командира.
Далее мне было известно, что их отряд переведен в Горький и там оставался до конца гражданской войны.
Свободное копирование
