1919 год. Летицы.
Пока мы с Березиным выясняли свое служебное положение, наши служащие и саперы произвели на базаре и в окрестностях нашей резиденции обследование. Закупили двух баранов, достали муки, сала, картофеля.
С их помощью Сима стала украшать елку. Картонажи, которые пополнялись ежегодно, она все-таки из Вологды захватила. Это были картинки и фигурки из папье-маше, бусы, серебряные нитки, цветная бумага. Нашли даже, кажется в церкви, немного свечей. Красивое высокое дерево срубили здесь же в саду. Взрослые увлеклись подготовкой к елке, как дети. О детях и говорить нечего.
В большой комнате установили стол из подручного материала. На скамейки использовали доски и жерди от заборов. Когда в 11 часов вечера был простынями накрыт стол, появились незатейливые кушанья, но такие вкусные, каких не может себе представить не голодавший человек. Достали немного и хмельного, кажется самогона.
Зажгли елку. Дети были в восторге. Не может быть, чтобы этот вечер не отразился в детском сознании и не добавил жизнерадостности в их характеры.
В доме Гофмейстера Адамова собиралось, вероятно, более блестящее общество. Но такой дружной компании, ручаюсь, в этом доме до нас не было.
Ученый биолог Адамов был тоже приглашен. Он явился побритым, в сюртуке. Преподнес дамам крошечные бутоньерки цветов, распустившихся в декабре.
Неотесанные вологодские саперы держали себя значительно культурнее, чем студенты 1961 года. Был смех, шутки, песни, даже пляски, но никакого хамства.
Свободное копирование
