Моя жизнь - 147

   * * *

   С укомплектованием штатов дело было сложнее. Кафедра теоретическая, зарплаты маленькие, без второй "лечебной" ставки, и найти на такие условия работы серьёзных, хорошо знающих предмет организаторов здравоохранения было очень трудно. Конкурс был объявлен, но никто не торопился подавать на него документы. Пришлось самому проявить инициативу.

   Посоветовался с заведующим Крайздравотдела Степаном Васильевичем Граковым. Видимо он был заинтересован в том, чтобы на кафедре организации здравоохранения работали его ставленники, и тут же порекомендовал пригласить на должность ассистента Елену Васильевну Бутареву - заведовавшую сектором лечебной помощи взрослому населению. Возможно, что там были и какие-то другие причины, но мне вдаваться в эти подробности было недосуг. Я поговорил с ней и убедился, что практическое здравоохранение она знает достаточно хорошо, и предложил ей перейти работать на кафедру, пообещав помощь в подготовке кандидатской диссертации. Оказалось что она материально обеспечена (ее супруг - подполковник КГБ зарабатывает достаточно хорошо) и маленькая зарплата ассистента ее не смущает. А вот возможность написать кандидатскую диссертацию ей очень импонирует, и она согласна на перевод. Через пару дней она уже работала и.о. ассистента и подала документы на конкурс.

   В те же дни ко мне обратилась Тамара Васильевна Савина, работавшая ассистентом на кафедре общей гигиены. Она до перехода в институт работала главным врачом районной санэпидстанции, но на кафедре гигиены не сработалась с "теоретиками" и собиралась уволиться. Поговорили, нашли общий язык и через несколько дней ее рабочий стол стоял рядом со столом Бутаревой. Как я и обещал, я тут же предложил им темы для кандидатских диссертаций и помог спланировать работу над их выполнением. Забегая несколько вперед, скажу, что через три года дипломы кандидатов наук были у них обеих в карманах. На все про все, включая защиту и утверждение, Елене Васильевне понадобилось всего два года и восемь месяцев, а Тамаре Васильевне - на два месяца больше.

   А еще через несколько дней после их прихода на кафедру на конкурс подал Олег Михайлович Новиков, работавший до этого в Краевом Оргметодототделе. С ним было еще проще - у него была в работе кандидатская диссертация, которая выполнялась под руководством Проректора по научной части профессора Александра Александровича Дмитриева. Весь материал по теме был собран, но еще статистически не обработан. Александр Александрович попросил меня помочь Олегу Михайловичу и, разумеется, поставить свою фамилию на титульный лист его диссертации в качестве второго руководителя. Так и было сделано, и через полтора года Олег Михайлович, работая на кафедре, с блеском защитился.

   Всех преподавателей, включая Иосифа Петровича, я успешно провел через конкурс, а Лаврову с позором провалил, тем более, что она попыталась буквально обманным путем "пролезть" через конкурс за моей спиной, приложив к документам старую характеристику, подписанную еще Розетом.

   Таким образом, в течение очень короткого времени удалось в два с половиной раза увеличить число учебных классов кафедры и во столько же раз увеличить число преподавателей. Оставался еще совсем "пустячок" - научить их проводить практические занятия, по-моему, а не так, как это делалось при Григории Исаевиче.

   Я очень далек от того, чтобы охаивать все, что было до меня, но то, как тогда проводились практические занятия, не могло дать и не давало студентам сколько-нибудь серьезных знаний в области организации современного здравоохранения и, тем более, каких-либо практических навыков в его управлении. Четырехчасовые занятия двухнедельного цикла проводились по одной и той же схеме. Студентам давалось задание в течение двух первых часов ознакомиться "от сих до сих" с той или иной темой учебника Баткиса, а следующие два часа преподаватель вел опрос по прочитанному, выясняя насколько студенты усвоили этот материал. Было совершенно не понятно, зачем тогда вообще нужны были лекции, дублирующие Учебник, а потом и эти, так называемые "практические занятия", опять таки по его изучению, если студенты сами могли ознакомиться с его содержанием без такой "помощи" кафедры. Но самое главное было в том, что и Учебник, и Учебная Программа очень устарели - они были написаны еще до войны в 1939 году и я сам еще в Донецке в 1949 году "изучал" здравоохранение по этому Учебнику. Было совершенно не понятно, почему его так долго (почти 30 лет !) не заменяли на более современный. Кстати, его вскоре (в 1970 году) действительно заменили. Однако, на тот момент о котором я пишу, формально всё получалось вроде бы правильно, так как и практические занятия и лекции в точности соответствовали Учебной программе, составленной, как я уже отметил, одним и тем же автором. Но, при такой, очень удобной для мало квалифицированных преподавателей, "системе обучения" студенты не слышали ни единого слова, ни о теории массового обслуживания, ни об информатике и теории принятия решений, ни о современной методике планирования и финансирования здравоохранения, ни о других актуальных проблемах современной теории управления. А такие разделы нашей дисциплины, как математическая (тогда ее называли "вариационной") и демографическая статистика здоровья населения считались, видимо, чем-то вообще заоблачным. Это была откровенная фикция. Не обучение, а "мероприятие для галочки".

   Все это надо было вкорне изменить, что я и сделал. Правда, учитывая, что до курсовых экзаменов оставался всего один месяц все нововведения я отложил на следующий учебный год.