ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
КРАСНОЯРСК
Красноярск - это двадцать пять лет нашей жизни. Нигде мы не жили так долго и, в целом, так хорошо. Именно поэтому я и решил посвятить в Мемуарах этому периоду нашей жизни не одну главу, а целую самостоятельную часть, состоящую из трех, почти не связанных между собой, глав.
Казалось бы, что и в Мемуарах этот период нашей жизни должен был занять соответствующий объем. Но если бы я начал описывать все эти годы подробно, то получилась бы не часть Мемуаров, а "Красноярский Дневник". У меня нет ни сил, ни желания его писать. Поэтому я ограничился лишь отдельными сторонами нашей красноярской жизни. Получилось, конечно, очень конспективно. Разумеется, все было и сложнее, и гораздо труднее, и стоило очень много нервов. Поэтому я преднамеренно не стал вдаваться в подробности, чтобы не переживать всю эту нервотрепку снова и снова, как это было, когда я писал про Текели и ограничился только тем, что вызывало в какой-то мере более или менее приятные или нейтральные воспоминания. Здоровье дороже. Может быть я не прав, но по-другому я пока написать не сумел и вряд ли сумею в будущем. Пусть будет так, как есть.
ГЛАВА 1
ПЕРВЫЕ ШАГИ
1. ПРИЕЗД
На вокзале по поручению Ректора нас встретили и.о. зав. кафедрой Иосиф Петрович Кушнер и зав. Учебной Части Института Чернавский. Помогли погрузить наши вещи на институтский УАЗик и привезли в студенческое общежитие, где к нашему приезду были приготовлены две комнаты под временное жильё.
Еще никто и никогда за всю нашу жизнь нас не встречал. Да еще так почтительно. Не знаю как Соня и мама, а я сразу же почувствовал в этом колоссальную разницу между вновь приобретенным социальном статусом и тем, что был у нас до сих пор. Подчеркнуто уважительное отношение к нам со стороны встречавших настолько непривычно и резко контрастировало с тем, как относились к нам казахские и узбекские "деятели", что мне стало как-то не по себе, и я сразу же ощутил всю тяжесть ответственности, которую взвалил на свои плечи.
Я знал, что в то время на заведывание кафедр социальной гигиены (тогда они назывались "кафедрами организации здравоохранения") очень часто приходили не научные работники - специалисты в этой дисциплине, а простые практики, в большинстве своем бывшие заведующие областными и городскими отделами здравоохранения. Я с моим опытом работы в текелийском горздравотделе, в Министерстве здравоохранения и в оргметодотделах последовательно трех НИИ и уже, будучи кандидатом наук, формально вполне соответствовал этому уровню. Но у меня не было ни одного дня опыта преподавательской деятельности и никаких знаний в области организации учебного процесса в ВУЗе. Подавая документы на конкурс, я не очень над этом задумывался, но тут, при такой встрече, как-то сразу и вдруг почувствовал, что мне придется немало поработать над собой, чтобы отвечать тому уровню, на который меня довольно неожиданно привела судьба. Всё это, честно скажу, привело меня в замешательство, но заставило внутренне собраться, обуздать эмоции, и сосредоточиться на сложившейся ситуации. Я взял себя в руки, да так, что ни Соня, ни мама не только не заметили, но даже не заподозрили той эмоциональной бури, что разбушевалась в моей голове.
Встреча с ректором Института была назначена на следующий день, и я немалым волевым усилием заставил себя, хотя бы внешне, успокоиться и отложить все волнения на завтра.
Свободное копирование
