26 марта.
Сегодня по приглашению главного редактора Маринова был в издательстве «Знание». Разговор был довольно короткий, да он мог бы и вообще не состояться, ибо Маринов держал в одной руке воронежскую газету «Коммуна» за достопамятное число, а в другой — верстку моей книги. Тут и слов не надо. Книжечка эта сегодня показалась мне особенно маленькой, почти жалкой. Это, собственно, был ее труп. Я смотрел на нее без жалости: сердце давно уже ее забыло. Маринов был корректен как прокурор, извещающий вас о том, что против вас возбуждается уголовное дело. Я заметил было, что статья в газете — не решение суда, но он даже не стал обсуждать совершенно чуждую для него тему презумпции невиновности. Статья в советской газете делает вас преступником в той же степени, как и свисток милиционера объявляет вас нарушителем порядка. Дискуссии неуместны и бесполезны.