3.
Весной 1982 года позвонил наш старый друг Караян, оставшийся один - мама его скоропостижно скончалась прошедшей осенью. «Хохол, трудно мне живётся одному, давай помогай. У вас во Фрунзе в Торговой палате работает товароведом карачаевка Айшат, познакомься с ней, приглядись, как она выглядит, и вообще. Да, что тебя учить, ты же нашел себе жёнушку, а мне всё не удаётся, и скоро уже пятьдесят стукнет, должен же я когда-нибудь жениться?» Еду в Торговую палату, быстро нахожу нужную мне Айшат и прошу её, настороженную появлением незнакомого человека, провести небольшую беседу с моими, конечно, выдуманными, выпускниками близкой школы, чтобы рассказать о своей профессии и помочь им сориентироваться в выборе подходящего учебного заведения, если их эта профессия заинтересует. Внимательно приглядываюсь к моей, несколько растерянной, собеседнице. Нормальная, ладно скроенная женщина, достаточно за тридцать по виду. Речь правильная, всё остальное, вроде, без изъянов, но беседу с моими «учениками» проводить сразу отказалась. «У нас в Торговой палате есть более подходящие кандидатки». Это сразу удивило и насторожило-именно «кандидатками» называла мама моего друга несостоявшихся его невест. Вежливо посожалел об её отказе и вежливо откланялся, а Алибеку позвонил, кратко описал «кандидатку» и посоветовал прилететь к нам и произвести личный её осмотр. Через два дня я и дочь, уже опытный автоводитель за рулём «Джульетты», встречали Алибека в аэропорту «Манас».
На другой день, утром, мы с ним затаились «в засаде», запарковавшись неподалёку от главного входа в Торговую палату, и я безошибочно указал на интересующий его объект, который направлялся на своё рабочее место. Объект оставил вполне благоприятное впечатление, и, спустя минут пятнадцать, мой друг, не раздумывая, отправился знакомиться со своей землячкой. Вернулся он к нам только под вечер-оказывается, они весь день провели вместе, посмотрели два фильма и пару раз посидели в кафе. Знакомство состоялось, и мы с нашим однокашником Саидом получили задание подготовить в течение месяца их официальное бракосочетание в каком-нибудь городском ЗАГСе, куда жених должен будет явиться с «украденной» невестой при её полном согласии на эту традиционную кавказскую процедуру.
Официальное бракосочетание в те времена начиналось с регистрации заявления, и заканчивалось, спустя, в лучшем случае, два-три месяца - именно такое время требовалось ждать своей очереди, чтобы предстать перед чиновником ЗАГСа. Коренной обитатель Токульдоша, Саид быстро нашёл нужную чиновницу одного из ЗАГСов, который обосновался на улице Токтогула, вблизи Ошского рынка. Чиновница оказалась уйгуркой, проживающей в том же бездонном Токульдоше. Несмотря на близкое знакомство, она запросила «на лапу» за содействие в этом деле совсем немало, но предстоящее мероприятие было настолько важным, что никакие расходы уже не могли его остановить.
Спустя месяц, уже в мае, Караян снова прилетел во Фрунзе, и утром следующего дня мы с Саидом сидели на скамейке в Дубовом парке у входа в новое здание «Русской драмы», ожидая жениха с «украденной» невестой. Моя «Джульетта» была запаркована неподалёку, у нового здания библиотеки имени Чернышевского, но в городе царила непонятная милицейская суматоха - все перекрёстки центральных улиц были под контролем нарядов милиции, городской транспорт не работал, подъездные пути второстепенных улиц перекрыты грузовиками и автобусами, а по опустевшим дорогам проносились милицейские машины с проблесковыми маячками и сиренами. Оказалось, что транспортный паралич был связан с прибытием в столицу какого-то высокого московского гостя из Президиума ЦК КПСС, и вроде бы это был Черненко. Эта неожиданная ситуация грозила «захлопнуть» нас в глухом «мешке», отрезав выход из центра города. Мы не могли сорвать такую важную официальную предсвадебную церемонию нашего друга, и, оставив Саида дожидаться жениха и невесту, я чудом успел на «Джульетте» пересечь улицу Советскую и запарковаться на безопасной территории вблизи оперного театра, откуда можно было кружным путём выбраться на улицу Токтогула и доехать до ЗАГСа, где нас уже ждала предупреждённая чиновница из Токульдоша.
Вот они, молодожёны, и я вижу изумлённый взгляд невесты, сразу узнавшей во мне недавнего «профориентатора». Конечно, ей сразу стал понятен мой визит в Торговую палату, и мы дружно смеялись, обсуждая мой «хитрый» подход к будущей невесте друга. А в ЗАГСе не было никаких проблем, и официально «обвенчанные» скороспелые муж и жена сразу же отправились к родителям Айшат, с традиционной и обязательной в таких случаях, «повинной». Они жили в отдалённом селе Чаткуль, где через неделю, среди огромного скопища гостей, в обширном фруктовом саду, была отпразднована весёлая свадьба нашего друга. А через два дня молодые улетели в Москву, и история с «профориентатором» стала непременной весёлой застольной темой при наших многочисленных появлениях в их гостеприимной столичной квартире.
Свободное копирование
