автори

1250
 

записи

172084
Регистрация Забравена парола?
Memuarist » Members » kormashov » Воспоминания крёстного. 1-ая Мировая, Гражданская, Великая Отечественная Часть. 3

Воспоминания крёстного. 1-ая Мировая, Гражданская, Великая Отечественная Часть. 3

12.08.1898 – 30.12.1985
с. Тарногский Городок, Вологодская, Россия

 

ПРИЛОЖЕНИЕ 1

ШТУРМ ЧОНГАРА

Капитан Тимченко
Ст. л-т И. Болдырев


«Невзирая на мощь обороны Чонгарского перешейка, гeрои 30-й стр. дивизии форсировали Сивашские переправы».
М. В.Фрунзе.

Наступила осень 1920 г. Третий год в Советской России шла гражданская война. Давно уже были разгромлены Юденич, Дутов, Колчак и, наконец, Деникин. Щедро оплачиваемые англо-французской буржуазией. 12 октября Пилсудский, боясь нового разгрома, вопреки требованиям своих западных хозяев, поспешил заключить перемирие со страной советов, даже на менее выгодных для него условиях, чем предлагало ему советское правительство весной того же года. Оставался последний из организованных фронтов, оплот международной и русской буржуазии – врангелевский фронт.

14 октября по стратегическому плану тов. СТАЛИНА под Каховкой начался первый разгром врангелевских офицерских частей. Мобилизованные Врангелем рабочие и крестьяне полками переходили на сторону Красной армии.

В последних числах октября командармом южного фронта Михаилом Васильевичем ФРУНЗЕ было завершено поражение «черного барона» в северной Таврии, и две кавдивизии 1-й конной под командованием тов. ТИМОШЕНКО и Городовикова с 30-й стрелковой дивизией нанесли Врангелю крупное поранение и ворвались на Чонгарский полуостров.

Но на глазах бойцов с грохотом упали взорванные Врангелем фермы железнодорожного моста у станции Сиваш, и ярким пламенем пылал Чонгарский мост. Белое офицерье ушло в Крым, разрушив все переправы.

Бойцы передовых частей 1-й конной и 30-й стрелковой бросились было вплавь в морозные воды Сивашского залива форсировать его, но с Крымского полуострова из долговременных укреплений был открыт бешеный артиллерийский и пулеметный огонь, наша артиллерия сильно отстала от передовых частей.

Стало очевидным, что взять Чонгар не удастся. Нужно тщательно готовиться. Эта трудная, ответственная и почетная задача была возложена на 30-ю дивизию, овеянную славой подвигов и геройства в боях у Перми на Урале и в Сибири.

Стояла трудная задача – форсировать глубоководный в этом месте Сиваш и сквозь долговременные укрепления, подготовленные иностранными инженерами, по новейшим данным империалистической войны 1914-1918 гг. ворваться в Крым для окончательного разгрома Врангеля.

Несмотря на перебои с питанием, отсутствие жилья, теплой одежды в условиях наступивших холодов, перебои даже с питьевой водой, началась деятельная подготовка к форсированию.

Врангель создал целую систему оборонительных рубежей. Были оборудованы цементные укрытая, площадки для орудий с пристрелкой их по всему Чонгарскому полуострову и переправам, капониры с пулеметами и пушками Круппа, Шнейдера и Канэ, а перед каждой оборонительной позицией простиралась до берегов Сиваша в 3-4 кола густая сеть проволочных укреплений. Недаром его называют Крымский Верден. Врангель был уверен в том, что Красные войска в Крым не пройдут и писал в обращении: «Население полуострова может быть спокойно. Хотя наша армия и невелика, но даже одной ее пятой хватит на защиту Крыма. Укрепление Сиваша и Перекопа настолько прочно, что у красного командования для их разрушения не хватит ни живой силы, ни технических средств» (Известия № 309, 10-11-30).

Уже 4 ноября днем собирались по хуторам Сивашского побережья лодки, бревна, доски и прочий подсобный материал, строились плоты и понтонные сооружения, а ночью саперы под завывание сильного, шквального нордоста наводили переправы и ремонтировали разрушенные Врангелем мосты. С начавшимися морозами обмелели берега Сиваша, и вода стала покрываться тонким слоем льда. Каждую ночь переправлялась разведка на крымский берег, разрушая заграждения и добывая все новые и новые сведения об укреплениях противника, лучших путях для атаки, его силах, моральном состоянии солдат.

В одну из последних разведок для рекогносцировки и определения тыловых рубежей в ночь на 9 ноября была выслана от 265 полка команда пеших разведчиков. В темную, пасмурную полночь, по обломкам разбитого моста шли бойцы для выполнения этой задачи. Противник ясно освещал прожектором переправу, открыв пулеметный и артиллерийский огонь. Но разведка не дрогнула, не было слышно стонов и криков раненых. Все, как один, добрались до Крымского побережья. В ночной темноте разведчики перевязали раненых товарищей и ползли к заграждениям противника. Несколько минут работы комвзвода Никитина – и колючие пруты проволоки упали на землю.

Целую ночь проползали вдоль позиций противника храбрые разведчики и к утру, собрав очень ценные сведения, устремились обратно. В предрассветной мгле вновь шарили по переправам лучи прожектора, и, когда половина команды перебралась уже на наш беper, противник вновь открывает артиллерийский огонь. На этот раз метким попаданием был разрушен пешеходный мостик. Создалась заминка. Сзади пулеметный огонь одного за другим выводил наших- бойцов, впереди плавали щепки разбитых балок мостика.

– Назад! – закричал политрук команды. В этот же момент несколько бойцов во главе с командиром взвода Эсауловым под свист неприятельских пуль бросается в холодную воду и в течение 30 минут восстанавливает мост. И вот снова пригнувшись следуют бойцы неся с собой раненых и убитых героев. Последним следует, истекая кровью, политрук роты. Разведка была выполнила.

К вечеру 9 ноября в распоряжение частей, форсирующих Чонгар, прибыл тов. ФРУНЗЕ. Он подробно спрашивал о ходе подготовительных работ, данных разведки, положения и состоянии войск.

«Настроение полков, – вспоминает он, – выше всяких похвал. Переданное мною частям сообщение о взятии 6-й армией Перекопа еще более подняло настроение и вызвало горячий дух соревнования».

Позже Михаилу Васильевичу ФРУНЗЕ полки доносили о готовности штурмовать Чонгар. Вечером 10 ноября командир 266 полка был вызван в штаб бригады 89. Здесь уже сидели командиры и комиссары остальных частей и покуривали махорку, бурно делясь впечатлениями дня. Комбриг откашлялся, оглянул всех своим взором и, освещая карту тусклым светом фонаря, начал ровным и спокойным голосом излагать план ночного штурма.

... – Итак к 24 часам 266 полк подтянуть к Чонгарскому мосту и начать скрытую переправу на Крымский берег, до окончании которой занять исходное положение для штурма двумя батальонами укрепленной позиции противника. 267-й полк следует за 266-м. Сигналы и пароль выдаст сейчас начштабриг, – комбриг провел рукой по лбу, как бы вспоминая, все ли он сказал. – У меня все! Есть ли вопросы?

Но простые слова комбрига были понятны, и командиры полков поспешили в свои части готовить их к атаке.

Наступила темная холодная ночь. В поле свистел сильный ветер, ударил крепкий мороз, а по мерзлой земле пробирались к мосту бойцы и командиры, таща за собой винтовки, гранаты и пулеметы. Несколько раз пробегал свет прожектора с крымской стороны по Чонгарскому полуострову, но казалось, что красные части – в глубоком сне. Все движение было бесшумно. Несколько минут ожиданий у Чонгарского моста казались часами. Но вот сигнал перебравшейся уже на тот берег нашей разведки, и по узенькому скользкому настилу шириной в два бревна, в абсолютной тьме, ощущая под зыбкими досками волны Сиваша, гуськом по одному начали свое движение батальоны.

Очень скоро вражеские прожекторы заметили продвижение пехоты, и сразу же шквал артиллерийского и пулеметного огня поражает переправлявшихся людей. Слышны слабые крики и стоны падавших героев. Вот упал политрук 3-й роты, всеобщий любимец и замечательный весельчак Захар Черномордин, сзади с глухим стоном валится замертво Кирилл Калмыков, так много рассказывавший о жизни в Алтайских горах, падают Харис Рамазанов, Андрей Романов, Григорий Шевченко и много других замечательных бойцов и командиров. Но остановки нет. Бойцы идут и идут, лишь несколько ускоряя свой шаг. К 3 часам 30 минут утра два батальона 266-го полка переправились и залегли. В районе ст. Сиваш по дамбе удалось пробраться роте пехоты.

Мощный огонь открыла вся наша артиллерия, подавляя огневые очаги на передовых позициях противника. В 5 часов 10 минут раздается громкое красноармейское «ура» и с криками «За Ленина», «За коммунизм», «За советскую власть» бойцы с винтовками наперевес бросаются в атаку. Противник косоприцельным и фланкирующим мощным огнем обливает наши цепи. Один за другим выбывают из строя бойцы и командиры, но стремительный порыв атаки не угасает. Комбат Михаил Семенович ЗЫКОВ под непрерывный свист пуль быстро отбрасывает рогатки, режет проволоку, показывает пример храбрости и геройства своим бойцам. Короткая его команда «В атаку», и через несколько минут командир батальона, а за ним весь eго батальон уже на бруствере окопа. Короткая схватка, а в 6 часов 40 минут ЗЫКОВ доносит: «Первая линия окопов наша. Захватил орудия и боеприпасы. Наступление продолжаю».

Впереди всё бесшумно полз разведчик 9 роты Мингазетдин Шингарев со своим дозором. Проползли проволочные заграждения, сейчас должны быть блиндажи противника. Но что-то брякнуло. И на фоне светлеющего горизонта Шингарев заметил несколько сидящих фигур. «Застава», – мелькнуло в уме. Пролезавший вместе с Шингаревым Андрей Дряблов застрял в проволочном заграждении. Проволока зазвенела. Застава сразу же открыла по нему частый пулеметный огонь. Тогда Мингазетдин быстро проползает с фланга к заставе и в результате ночи КРИЧИТ: «Вперед за мной !» – бросается в рукопашную схватку. Оторопевшие от такого дерзкого налета офицеры бросают оружие и в панике бегут. А Шингарев преследует их из оставленного ими пулемета, огнем. В 6 час. 45 минут командир 266-го полка уже доносит: «Полк захватил вторую линию окопов, два дальнобойных и два легких орудия, выступают в Тюп-Джанкой!»

К полдню, потеряв свыше 50% ранеными и убитыми, батальон ЗЫКОВА подходил к хутору Джандавлет. Вдруг из Таганаша в широком строю во весь галоп показался отряд конных офицеров, и пулей замертво падает замечательный пулеметчик Борис Ходушкин. В рядах Красных бойцов появилось смятение. Но комбат ЗЫКОВ , взяв пулемет Ходушкина, с криком «ура» бросается вперед. Бойцы видят, как героический комбат поливает офицерскую конницу. Вдруг заело пулемет, и несколько озверелых конных наскочили на ЗЫКОВА. «Ура», «Вперед», – закричали бойцы батальона, побежали на выручку Комбата, но ЗЫКОВА уже не было в живых.

Много славных бойцов и командиров погибло в этих боях, отдавши свою жизнь за счастье нашей прекрасной родины, за дело Ленина-Сталина. Потери некоторых полков доходили до 90% всего состава. Но 16 ноября Крым был очищен от Врангеля.

Товарищ ЛЕНИН, характеризуя эту победу, сказал на VIII съезде Советов, что эта победа «одна из самых блестящих страниц в истории Красной Армии – есть та полная, решительная и замечательная быстрая победа, которая одержана над Врангелем».

(Журнал «Ворошиловский стрелок» Сентябрь 1939 года №№ 19-20).


ПРИЛОЖЕНИЕ 2

ГЕРОЙ ЧОНГАРА

       В 1965 и 1966 годах в газете» Ленинец» были опубликованы материалы о герое гражданской войны, нашем земляке М. С. Зыкове. Сегодня мы помещаем более подробный рассказ-воспоминания о М. С. Зыкове его однополчан и земляков С. Беляева и Н. Худякова.

Годы гражданской войны все дальше и дальше уходят от нас вглубь истории нашей Отчизны. Но героизм советских патриотов, проявленный в боях с интервентами и белогвардейцами за Советскую власть, не меркнет, не забывается.

В статье «Памяти Перекопа и Чoнгapa» М. В. Фрунзе писал: «Победа над Врангелем в боях за Перекоп я Чонгар стоила нам десяти тысяч жизней советских патриотов, отдавших жизнь за рабоче-крестьянское дело. И если ним теперь легче, то этим мы в значительной мере обязаны геpoям Перекопа и Чонгара... Память об ЭТИХ десяти тысячах красных героев будет вечно жива». В число этих десяти тысяч входит и тарножанин Михаил Семенович Зыков.

Мы, однополчане и земляки М. С. Зыкова, в связи с приближающимся 50-летием Великого Октября, сочли своим долгом рассказать о нем все то, что сохранилось в нашей памяти, а также то, что удалось нам разыскать о Зыкове в исторических архивах.

Михаил Зыков родился в 1807 году в деревне Хом Тарногского района, в большой крестьянской семье. Михаил с детства познал нужду, испытал все тяготы военной службы в царской армии.

Вступив в ряды партии в феврале I919 года в Тотьме, он тут же записался добровольцем на фронт против Колчака. 13 мая 1919 года сводный вологодский коммунистический отряд добровольцев выехал на фронт, сначала в Вятку, где находился штаб третьей армии Восточного фронта, а затем в район г. Глазова, где в это время шли ожесточенные бои с наступавшими колчаковцами.

По прибытии па фронт М. С. Зыков стал помощником командира 8 роты 260 стрелкового полка имени И. М. Малышева. Командиром этой роты был назначен друг Зыкова Сергей Горячевский. Оба они очень скоро проявили себя смелыми и храбрыми командирами. Горячевский уже через месяц был выдвинут на должность командира 2-го батальона. М. С. Зыков в скором времени стал его помощником.

В июне 1919 года наш стрелковый полк прошел с боями из района Глазова до реки Камы и, перешагнув через нее, освобождал от колчаковщины Урал, побывал в Екатеринбурге (Свердловске), с боем взял город Шадринск, затем вместе с другими частями Красной Армии вырвался на широкие просторы Сибири.

В августе 1919 года мы вышли к берегам реки Тобол. Колчак здесь собрал свои последние силы и пошел в наступление. Начались упорные кровопролитные бои.

266-й стрелковый полк в течение октябри 1919 года занимал позиции на участке Кашеир – Вердюгино – Нерпино на нравом берегу Тобола. Колчаковцы силами двух полков главный удар направили на укрепления 2-го батальона, которым в то время уже командовал М. С. Зыков. Но, несмотря на превосходство в силах, белые успеха не имели.

Позднее по заданию командования М. С. Зыков с двумя ротами совершил дерзкий обход белогвардейцев и ударом с тыла уничтожил много колчаковцев, заставив остальных в панике отступать.

Еще более разительными для врага были действия комбата Зыкова в бою за село Тарышкино Акмолинской области. В результат сражения село было взято, захвачен обоз из 200 подвод, два орудия и другие трофеи. Но назавтра беляки в составе четырех полков окружили село и открыли бешеный артиллерийский и пулеметный огонь. Бойцы 5 роты, охранявшие подступы к селу, не выдержали и начали отступать. В этот критический момент командир батальона не растерялся. Он сам бросился в бой, увлекай за собой товарищей. Красные перешли в стремительную контратаку.

«Благодаря безумной храбрости командира батальона товарища Зыкова, – читаем мы в донесениях полка за 13 декабря, – положение было восстановлено». (ЦГАСА. Ф. 3574., ОП.1., ед. хр. 11 А, л.6). Писарь полковой канцелярии не сумел найти точного слова. Это была не безумная храбрость, а весьма необходимый самоотверженный поступок комбата. Только личным примером он мог повернуть и повернул своих стрелков в контратаку на врага.

Таких боевых схваток было немало. И всюду М. С. Зыков свято выполнял свой ратный долг командира, коммуниста.

20 декабря 1919 года наш полк достиг г. Томска, а 3 января 1920 года он находился уже в г. Ачинске. Колчаковская армия была разгромлена. Адмирал Колчак и его премьер Пепеляев но решению военно-революционного комитета г. Иркутска 7 февраля были расстреляны.

Малышевский полк в апреле 1920 года по указанию командования дивизии вышел на границу и занял линию ст. Енхор – Боцы – Новые Ичета. Начались дни военной учебы и упорного труда в помощь местному бурятскому населению. М. С. Зыков и здесь оставался примером для своих подчиненных. Он учил стрелков военному делу, вместе с ними работал на полях, как коммунист неустанно вел политико-просветительную работу среди бойцов и местных крестьян.

При встречах с Горячевским, ставшим помощником командира полка Зыков, вспоминая пройденный путь, сожалел лишь о том, что в полку сильно поредели ряды земляков.

– Больше всего мы потеряли вологодских добровольцев в боях в районе реки Тобол, – говорил он. – 30-я дивизия, в которую входил Малышевский полк, находилась в Забайкалье до сентября 1920 года. Командование Красной Армии решило перебросить ее на Южный фронт против Врангеля. Южным фронтом, как известно, руководил М. В. Фрунзе. Наша дивизия была включена в состав 4-й армии (командующий Лазаревич). М. В. Фрунзе поставил перед 4-й, 13-й и 1-й конной армиями трудную задачу: овладеть Чонгарским перешейком, форсировать Сиваш, выйти в Крым, занять Джанкой и затем освободить от врангелевцев Феодосию и Керчь. Самое трудное и сложное дело в этой боевой операции состояло в том, чтобы форсировать Сиваш по двум разрушенным противником мостам – Сивашскому железнодорожному и Чонгарскому. Эта часть боевой задачи была возложена на 30-ю стрелковую дивизию.

Заняв с боями Чонгарский полуостров, части нашей дивизии подошли к мостам через Сиваш 2 и 3 ноября 1920 года. Началась подготовка к форсированию Сиваша. Первым перейти по восстановленному саперами Чонгарскому мосту и с ходу вступить в бой врангелевцами должен был наш коммунистический 266-й полк имени И. М. Малышева.

В ночь с 7 на 8 ноября три батальона Малышевского полка один за другим бесшумно перешли по скользким бревнам шаткого моста на крымским берег.

Четыре дни длился кровопролитный бой. Все красноармейцы понимали, что назад отступать нельзЯ. Топорами, штыками, прикладами они рвали проволоку, бросались во вражеские окопы и там уничтожали врагов. Врангелевцы яростно сопротивлялись. Потери были велики. К моменту захвата третьей линии вражеских окопов в батальоне М. С. Зыкова оставалось уже менее половины бойцов.

Как тяжел был тот бой для малышевцев подтверждают воспоминания очевидцев, участников штурма Чонгара. Красноармеец 268 полка тов. Ходак, проходивший следом за 260 полком, писал:

«Мы подошли к проволочным заграждениям. Повсюду в поле лежали трупы людей и лошадей. Здесь же валялись не взорвавшиеся мины; много трупов висело на колючей проволоке. Здесь погибли красноармейцы 266 и 265 полков». (Перекоп. Сборник воспоминаний. Огиз. Гос. соц. эк. издательство. М. Л. 1941 г., стр. 236).

Здесь же смертью храбрых на 23-м году жизни окончил свой боевой путь и наш герой Михаил Семенович Зыков. Это случилось ночью с 10 на 11 ноября. Шла атака на последнюю линию укреплений врага. Врангелевцы оказывали особенно сильное сопротивление. Левый фланг, где находился Зыков, неожиданно оказался под ударом вражеской конницы. Пуля сразила на смерть пулеметчика батальона Бориса Ходушкина. В рядах красных появилось замешательство. Тогда комбат Зыков взял пулемет в свои руки и начал яростно поливать из него вражескую конницу. Но вдруг пулемет заело. И в этот момент на М. Зыкова налетела группа конных офицеров Врангеля...

Посмертно, за проявленный героизм и отвагу М. С. Зыков награжден орденом Боевого Красного Знамени. Имя его никогда не будет забыто. Мы. однополчане, вспоминаем его с гордостью за вашу Советскую Отчизну, вырастившую уже в первые годы своего существования таких славных бойцов за социализм и коммунизм, каким был М. С. Зыков.

С. БЕЛЯЕВ, Н. ХУДЯКОВ, персональные пенсионеры

(Газета «Ленинец», орган Тарногского райкома и районного исполкома совета депутатов трудящихся. № 42 (3630), суббота, 8 апреля 1967 г.)


 ПРИЛОЖЕНИЕ 3

Письмо самого младшего из браттев - Андрея Дмитриевича Зыкова.

Мои познания родных мест ограничиваются периодом с дня рождения (1903 г.) по день призыва в армию (1925 г.)  Из этого периода по 1914 год учился в сельской школе, а в 1915-1916 гг. работал в волостном правлении. Работа заключалась в переписывании бумаг, документов, а, главное, помогали солдаткам писать письма на фронт.

Весной 1916 г. я удрал в Архангельск, там работал в чайной, на хлебопекарне. Попал в больницу, чуть не умер. Вышел из больницы в декабре 1916 г. Пекарня оказалась закрытой, и мне пришлось в летней одежде без денег в сильнейший мороз выехать домой.

Ехал до Коноши в поезде «зайцем» на верхней полке. От Коноши через Вельск шел пешком, а иногда и по попутных лошадях, в санях или на дровнях. Если нечем было укрыться, бежал за санями. В 13 лет хорошая закалка.

1917-ый год встречал уже дома и даже не заболел. Ровно почти год работал дома. В начале 1918 г. меня взяли на работу в милицию в качестве делопроизводителя. Проработал там года полтора, перешел в Народный суд корреспондентом. Летом с двоюродным братом Иваном Семеновичем ездили в Архангельск на заработки. Через биржу труда отправили нас в Мурманск. До осени проработали там, а вернулись домой без денег. (В Мурманске мы были в тот период, когда керенки заменяли на червонцы. При расчете зарплату за все лето нам выдали керенками. Я успел купить рубашку, а Иван ничего не купил, вот мы и приехали домой ни с чем. На наши миллионы можно было купить спички и только.)

Вернувшись домой, снова пошел работать – в волисполком на должность замзавотделом. Оттуда же в 1925 г. пошел в армию в войска ГПУ в Харьков. Так что, на мою начальную деятельность на родине получается всего 8-9 лет.

С двоюродным братом Иваном Семеновичем мы одногодки. Почему мы избрали разные рода войск? Иван мечтал служить в Морфлоте, а я мечтал служить на Украине. Почему на Украине? За время, что работал в [Тарногском] Городке, я пользовался библиотекой врача Угрюмова Андрея, его жена была культурный замечательный человек. Она привила мне любовь к чтению классиков, и я за последние 5-6 лет в Городке перечитал массу литературы – всего Льва Толстого, Островского, Гончарова, Чехова, Достоевского, Куприна и др. Особенно я увлекался Гоголем. Мечтал быть на Украине, видеть Днепр, природу Украины, людей – всё влекло меня на Украину. А тут как раз в 1925 г. набор рекрутов был от нас в Ленинград в Морфлот и в Харьков в 4-ый Краснознаменный полк войск ГПУ. То, что нам было нужно. 

Поскольку у нас были хорошие взаимоотношения с военкоматом, мы могли выбирать, куда поехать, к тому же оба комсомольцы, я был секретарь волкома комсомола. И наша судьба сложилась удачно. Иван после службы поступил в университет, по окончании стал партработником, был секретарем райкома в Ленинграде, в войну был инструктором ЦК РКП(б), затем 2-ым секретарем Ульяновского обкома и 2-ым секретарем ЦК КП Молдавии. Будучи в университете, женился на ленинградке (Соня училась вместе с ним).

У меня путь оказался труднее. Я пришел в армию с низшим образованием. По сравнению с другими я был более начитан, и потому был в дороге старшим и, когда прибыли в часть, на митинге мне пришлось выступить от «прибывших с далекого Севера». Это очень понравилось военкому полка, а наш военком полка Кулик был заслуженный вояка гражданской войны, член партии с дореволюционным стажем, а поскольку командиром полка был офицер царской армии, дворянин, то поэтому хозяином полка был военком, но авторитет командиру полка он тоже создавал.

К чему я это рассказываю? Военком почему-то обратил на меня внимание и занялся мои политвоспитанием. Дал указанием политруку взвода, чтобы он, если нужно, занимался со мной отдельно, давал читать разработанных тем к политзанятиям. Сам подбирал брошюрки, которые я должен был прочитать. Через год меня приняли в партию. Причем в числе поручителей были секретарь партбюро и инструктор политработы.
 
Перед демобилизацией  в 1927 г. я был секретарем комсомола полка. Собирался поступить в ВУЗ, но военком мне предложил остаться  в полку на должности инструктора политработы, а учиться, он говорит, мы разрешим в вечерних учебных заведениях. Я согласился. И получилось хорошо и плохо, вернее, неудобно было мне перед командирами взводов и политруками. Командиры взводов после окончания пехотных школ имели знаки различия – кубик, а мне было положено по должности два кубика и оклад выше, чем у бывшего моего начальства.

Но все прошло хорошо, никто не спрашивал, почему так быстро произошло выдвижение. Сразу же я поступил на вечерний рабфак – окончил в 3 года, потом окончил вечернюю нормальную школу (за пехотное училище), затем вечерний коммунистический университет, и к 1936 году уже имел «две шпалы», работал в политотделе погранвойск ОГПУ Украины. Таким образом после окончания низшей школы  (1914 г.) у меня впустую пропало 14 лет (на рабфак поступил в 1929 г.)  

Моя жена – Анна Константиновна, 1911 г.р.  В октябре 1977 г. у нас была «золотая свадьба». Женился я сразу же, как стал офицером, а ей было 16 лет.
14.04.2018 в 19:30


Присоединяйтесь к нам в соцсетях
anticopiright Свободное копирование
Любое использование материалов данного сайта приветствуется. Наши источники - общедоступные ресурсы, а также семейные архивы авторов. Мы считаем, что эти сведения должны быть свободными для чтения и распространения без ограничений. Это честная история от очевидцев, которую надо знать, сохранять и передавать следующим поколениям.
© 2011-2023, Memuarist.com
Юридическа информация
Условия за реклама