В свое время Янда уговорил начальство построить наш маленький анатомический театр таким образом, что он оказался как раз над одной из подземных галерей. Очевидно, о существовании лабиринта ему было известно давно, но он держал язык за зубами. Мне он доверял вполне, но, вероятно, боялся моих уговоров. Во время революции 1905-1907 годов родилось выражение: "Положение хуже губернаторского". Социалисты-революционеры тогда то и дело отправляли губернаторов к праотцам. Не знаю, что лично грозило мне, если бы план бегства Янды удался, вряд ли смерть, но во всяком случае нечто очень скверное. Уговорить Янду отказаться от этой авантюры было совершенно безнадежно. Omni obencid amor - все побеждает любовь, а любовь к юной жене у него была большая. Большая любовь к ней и полное равнодушие к тому, что будет со мной.
Янда, оказывается, подобрал нескольких сообщников из числа русских молодых КР, и они в удобные моменты проделывали проход из анатомического театра в галерею. Но крыша галереи оказалась зацементированной и пробивать ее было опасно: много шума. Янда нашел выход из положения. Цемент надо растворить соляной кислотой, но откуда взять кислоту? Не помню, как это ему удалось, но на складе у него нашелся помощник. Кислоту он каким-то образом официально выписал, и девушка-санитарка, тоже из числа КР, ее доставила.
Все, казалось, было, на мази, и мое беспокойство возрастало с каждым днем. Однажды Борис попросил меня задержаться после вскрытия в анатомическом театре и сам принялся что-то копать. А меня попросил не молчать - молчание подозрительно:
- Продекламируйте что-нибудь, Николай Алексеевич.
Ну что же. Я принялся декламировать по латыни - подслушивающие ничего не поймут. ВыбралтекстВергилия:
Omnia tune florent: tune est nova temporis actas
Et nova de gravido palmite gemma tumet.
[Все здесь в цвету, и новые беременные почки
Распускаются на отяжелевших ветвях].
- Еще, еще, Николай Алексеевич, могут услышать.
Япродолжал:
Est viasi piris se roma neves to sereno
Eacte onomen habet candore not tabelis ipiso.
[Есть горняя дорога, видная при ясном небе.
Это путь к чертогам громовержца и царскому дому].
И так далее, и так далее. Мне до сих помнятся эти латинские тексты и единственная в своем роде обстановка, в которой я их декламировал.
Свободное копирование
