Я счастлив, что мое творческое долголетие длится по сей день. Каждое утро я прихожу в репетиционный зал Большого театра, где вдоль "палки" выстраиваются Майя Плисецкая, Екатерина Максимова, Людмила Семеняка, Алла Михальченко, Ольга Суворова, Владимир Васильев, Юрий Владимиров, Марк Перетокин, Борис Акимов, Александр Богатырев, Вячеслав Гордеев, Виктор Барыкин, Валерий Анисимов, Юрий Васюченко, Александр Ветров, Алексей Фадеечев, Борис Ефимов, Андрей Смирнов, Андрей Федотов, Станислав Часов, Михаил Шарков, Игорь Захаркин, Владимир Моисеев, Владимир Каракулев и другие.
На первый взгляд может показаться, что наши отношения идилличны. Я задаю начальные движения, а они повторяют их своими прославленными ногами и руками с полнейшим, казалось бы, бесстрастием.
На самом деле есть скрытый драматизм в каждом уроке. Присужденность повторять упражнения для рук, ног, корпуса, совершенных, казалось бы, и без того, ради ускользающе-изменчивого совершенства тела тяжка. Эта присужденность способна вызвать если не стихийный протест, которому проявиться по законам профессии не дано, то по крайней мере облегчающую нелюбовь к этому вечному "трену", к труду, скрытому дверью репетиционного зала.
Я не жду от них педантичного благоговения. Если есть во мне педагогический апломб, то он для меня в удовольствии - каждый урок пленителен своей новизной. Да, новизной! Потому что ничем иным я не достигну гармонии с ними, кроме благодеяния работы. А они ждут от меня полной художественной и этической самоотдачи. Да и чем еще можно завоевать их добровольное послушание, их уважение?
"Обновление - или смерть!" - этот девиз относится и к педагогике...
Свободное копирование
