Петроград при большевиках - 1

Петроград имел какой-то пугающе жалкий вид. Улицы были покрыты глубоким слежавшимся снегом, прорезан­ным колеями и ямами, передвигаться по ним было ужас­но. Толпы на улицах увеличились и стали еще более нео­бузданными, чем прежде. Если кто-либо осмеливался выйти ночью на улицу, то ему вряд ли удавалось избежать инци­дента: его обычно останавливали, отбирали деньги, меха, шерстяную одежду, обувь и оставляли почти раздетым на холоде, предоставляя возможность идти дальше своей до­рогой. На каждом приличном лице отражалось горе. Не­приглядные солдаты продавали разные украденные веши, и мы купили на тротуарах несколько ценных изданий ред­ких книг за нелепо маленькую цену. Они явно происходи­ли из разграбленных дворцов.

Половина магазинов была закрыта, многие из них раз­граблены и стояли с разбитыми окнами, или же витрины были заколочены досками. Город наводнили преступники, состоятельные люди стали испытывать нужду, а честные бед­ные люди просто голодали. Отвратительные красногвардей­цы (Красногвардейцы — «рабочая милиция», созданная большеви­ками и получившая такое название в апреле 1917 года; им было суждено сыг­рать значительную роль в последующих действиях большевиков в течение года.), напоминавшие тех людей, каких я видела на француз­ских картинках, представляющих царство террора в Пари­же, «поддерживали порядок». Одеты они были в грубые одежды, но в их гардеробе встречались и превосходные веши, явно украденные. Эти люди шествовали по улицам или сидели по углам с хорошими ружьями, извлеченными из наших домов, заряженными и повешенными через плечо на веревке или свободно висевшими на руке, иногда о них опи­рались, как о трость. Естественно, при таком обращении ружья всегда стреляли.

На перекрестках горели костры, чтобы обогреть защит­ников нового правительства, и я не раз видела, как крас­ногвардейцы использовали дуло или штык, прикрепленный к дулу заряженного ружья, для того чтобы помешать пла­мя! Постоянно в различных кварталах города раздавались пулеметные выстрелы, и, когда выстрелы приближались, прохожие спешили укрыться в подворотнях. Но никто не сидел дома, опасаясь пуль, ставших привычным явлением. Цены на все взлетели до небес, и люди вынуждены были платить или ходить голодными, раздетыми и холодными.