12 ноября
Все в крепости только и заняты теперь разговорами о неизвестном пароходе, который несколько дней тому назад очень близко подходил к берегам Ляотешаня. Говорят, пароход этот подавал свистки и разные другие сигналы, вероятно, нам, но вскоре из бухты Луизы вышла по направлению к нему японская канонерка и спустила вельбот, который и подошел к пароходу. После этого пароход под конвоем канонерки ушел в бухту Луизы.
Все мы со дня на день ожидаем штурма на Высокую, Плоскую и Дивизионную горы.
Уже с утра японцы начали редким огнем своих 11-дюймовых мортир обстреливать Высокую гору, и в течение дня выпустили по ней около 40 снарядов, которые все ложились чрезвычайно метко.
Вообще же стрельба эта, по редкости огня, походила скорее на «пристрелку». К вечеру все стихло...
Днем погода стояла хорошая, но к вечеру задул сильный холодный ветер. Небо затянуто тучами. Ночь темная. Около 12 часов пополуночи пошла крупа; ветер еще больше усилился.
Положение крепости очень тяжелое, почти безнадежное.
У многих начинает уже угасать всякая надежда на выручку.
Ввиду возможности штурма начальство сильно волнуется, нервничает и стало не в меру раздражительное.
Ходят слухи, что на Цзиньчжоусской позиции японцы возвели очень сильные укрепления.
Сегодня опять пришлось есть рагу из мулятины. Почти все ослы в окрестностях левого фланга скуплены и съедены.
Ввиду страшного разрушения в Старом Городе интендантство оставшиеся сухари и муку начало перевозить в Новый Город и складывать в недостроенном доме купца Тифонтая.
В некоторых местах правого фланга наши часовые стоят очень близко от японцев, и между ними происходят интересные разговоры.
Например:
Русский: Здравствуй, макака!
Японец: Здравствуй, солдат!
Русский: Что, мерзнешь, макака?
Японец: Нет, сегодня тепло, вчера у вас отбили три тулупа.
Русский: Смотри только, обезьяна, когда будешь уходить от Артура, тулупы оставь, вешь ведь казенная, ну а пока пользуйся.
Или еще:
Японец: Солдат, дай хлеба!
Наш стрелок бросает из окопа каравай хлеба.
Японец выползает из окопа, берет хлеб и ползет обратно.
Наш солдат не стреляет.
Японец: Спасибо за хлеб!
Русский: Жри, эфиопская рожа, да проваливай подобру-поздорову от Артура!
После этого мирного разговора недавние приятели начинают перестреливаться.
Свободное копирование
