21 октября
День ясный и теплый.
Около 11 часов дня японцы открыли по крепости страшно сильный огонь. Наши батареи начали отвечать. Но около полудня все как-то сразу прекратилось.
Сегодня узнал, что вчерашний взрыв действительно был в Саперной роте и произошел от неосторожности. Взрывом был уничтожен большой запас ручных бомбочек. При этом убито 10 саперов и 12 ранено.
В Саперной роте находился главный склад этих бомбочек, и с уничтожением его мы поставлены в большое затруднение. Правда, отдан приказ поторопиться с их заготовкой, но для этого все-таки нужно время.
Сегодня обедал в офицерском собрании под Высокой горой. Председательское место за столом занимал общий любимец, полковник Ирман.
Стол был сервирован очень скромно, даже без скатерти, одними эмалированными тарелками.
На первое подали рисовый суп, представляющий собой мутную водицу с несколькими плавающими жирными пятнами, на второе — отчаянные котлеты из консервированного мяса, которые были посыпаны зеленым горошком, и на третье — чай.
В крепости начинает ощущаться сильный недостаток в офицерах. Ротами сплошь и рядом командуют подпоручики. Все утомлены и жаждут отдыха. Охотников на рискованные предприятия более уже не находится. Вообще замечается полный упадок одушевления. Все, очевидно, пресытились испытанными впечатлениями всех ужасов войны.
Количество цинготных все растет.
Чувствуется крайний недостаток в предметах первой необходимости. Так, у солдат уже нет мыла.
Сегодня я узнал, что подпоручик Квантунской крепостной артиллерии Эсаулов, очень симпатичный и воспитанный юноша, убит во время штурма на 3-м временном укреплении. Снаряд попал прямо в него и разорвал его на куски, которые и разбросал по всему укреплению.
Сегодня в Старом Городе целый день горит магазин и склады Лангелитье.
По городу по-прежнему ходят самые разнообразные слухи. Говорят, будто Куроки взят в плен и отправлен в Омск; что японцы начали посадку войск на суда в г. Дальнем для обратной отправки в Японию и т. д.
Свободное копирование
