Итоги

Итоги

31 мая.

 За последние месяцы сведения о взаимоотношениях с США просачиваются с большим трудом. Установлена строжайшая цензура. Положение продолжает быть весьма серьезным, напряженным. Решительно все осведомленные лица повторяют в один голос, что "события" неминуемо развернутся, и лишь вопрос в том, когда именно.

 С месяц тому назад внимание было направлено на специальный инцидент между мексиканским правительством и США, связанный с пропажей секретных документов из посольства Соединенных Штатов. Срочно был вызван военный атташе в Вашинг тон. Несколько дней шла шумиха вокруг этого инцидента, но оба правительства сочли нужным инцидент затушевать.

 А в нефтяном конфликте Кальес, несомненно, пошел на уступки США. Но он сумел это сделать, сохранив лицо, и создать иллюзию, что Мексика не сдала позиций. Однако мексиканское правительства в этом существенном вопросе не сумело привлечь к себе враждебные империализму элементы. А такие элементы есть — рабочий класс, крестьяне, мелкая буржуазия. Между тем контрреволюционные и клерикальные социальные слои продолжают группироваться, находя всяческую поддержку северной соседки Мексики, включая снабжение оружием.

 Самым актуальным сейчас в Мексике вопросом, вокруг которого разыгрывается борьба основных политических течений, является вопрос о президентских выборах. Хотя выборы будут еще в июле 1928 года, но борьба вокруг будущего президента уже сейчас принимает серьезный и обостренный характер. Намечание президента служит поводом для выявления социально-политического антагонизма враждебных и борющихся между собою социальных слоев населения.

 Кандидат реэлекционистов Обрегон наиболее близок к теперешнему правительству. Генерал Гомес, кандидат антиреэлекци-онистов, т. е. конрреволюционных групп, фигура грубого солдата. Опасность его кандидатуры состоит в том, что, несмотря на то, что он является представителем реакционных сил, все же некоторые анархо-синдикалистские рабочие элементы и часть клерикальных крестьян готовы поддержать его в борьбе с правительством Кальеса.

 Третий кандидат — Серрано — губернатор федерального дистрикта, также генерал и бывший военный министр в правительстве Обрегона; человек, моральные качества которого подвержены сомнению (картежник и кутила), но у него есть опора в некоторой части армии. Есть сочувствующие кандидатуре минвнудела Техеде, человека, связанного более, чем все остальные члены правительства, с трудовыми массами. В известных кругах трудящихся, не лабористов, он пользуется популярностью и симпатией. Ярый враг католиков.

 Президентский вопрос настолько тесно переплетается с проблемой взаимоотношений с Соединенными Штатами, что борьба за президентство фактически перестает быть вопросом внутренней политики. Положение осложняется еще тем, что хотя резкая вспышка контрреволюционного движения в конце апреля и начале мая придушена правительством, оно [это движение] продолжается.

 Кальес преследует цель: за время своего пребывания президентом разрешить ряд основных проблем в стране или, по крайней мере, дать им ход (по-своему, конечно), включая задачу индустриализации страны и активную поддержку, вплоть до материальной, революционному движению против империализма в республиках Центральной Америки, Никарагуа, Венесуэле.

 Мне все отчетливее выявляется роль и значение Мексики в борьбе Латинской Америки с империализмом вообще и с США в первую очередь. В этой борьбе Мексика занимает среди республик Центральной Америки и северной части Южной Америки первое место. Латинские страны в значительной мере равняются по Мексике в ее политике по отношению к империализму. Мексика — идеологическая выразительница, до известной степени, и вдохновительница Латинской Америки в стремлении этих стран сбросить свою колониальную или полуколониальную зависимость от США.

 Пока антиимпериалистическое движение в этих странах носит еще распыленный характер и революционные настроения менее четко выражены, чем в Мексике. Но экономические силы и развитие капитализма неизбежно толкают и эти республики на путь более решительной политики. Нарастают конфликты между социальными элементами, связанными с пережитками феодализма и опирающимися на поддержку США, и социальными слоями, заинтересованными в росте национального капитала.

 Недостаточное наше знакомство с той ролью, которую Мексика играет в латинской Америке, тормозит рост нашего влияния в Мексике и оставляет нас пассивными даже в тех случаях, когда мы, конечно, с осторожностью могли бы вести активную политику в противовес действующим в Мексике империалистическим силам. В США, наоборот, очень хорошо отдают себе отчет в том, что Мексика фактически является "застрельщиком" среди латиноамериканских стран в борьбе с империализмом.

 Слабость Мексики в том, что внутри страны еще не собраны социальные силы, которые могли бы дать решительный отпор империализму. В Мексике нет влиятельной политической партии национального масштаба. Единственной организацией в национала ном масштабе с политической окраской является, по существу, КРОМ (профсоюзы), типично оппортунистическая социал-демократия.

 Правительство Кальеса является продуктом той связи, которая существует между мелкой буржуазией и организованной частью рабочего класса и крестьянства. Двойственность тенденций, которые оно выражает, вносит неизбежные колебания в его политику. Оно не выражает устремлений ни рабочих, ни крестьян в целом. Поддержка правительству дается этими последними постольку, поскольку правительство выражает некоторую часть требований в известный момент во внутренней и внешней политике и поскольку налицо имеется контрреволюционная опасность. Аналогия с меньшевистскими правительствами была бы ошибочна. По той исторической роли, которую оно выполняет, можно бы вернее провести некоторую аналогию с кантонским правительством[1] до решающих событий 1926 года. Этому не противоречит отсутствие живого контакта с Союзом.

 Отношение Кальеса к СССР за время моего пребывания здесь носило определенно дружественный характер. Был ряд инцидентов, которые при другом отношении могли дать вполне достаточный повод для крупных неприятностей, например с железнодорожниками. Кальес не только не раздувал этих факторов во враждебном нам духе, но искал возможности сглаживания неприятных инцидентов. Сюда отношу и последнее событие с английскими "разоблачениями".

* * *

 Я уже заявила мининделу, что уезжаю, но только в отпуск. Еду 4 июня на германском пароходе "Рио Пануко" на Бремен. В мою честь ряд дипломатов и правительственных лиц дают завтраки и обеды. Но особенно тронуло меня прощанье с рабочими. Текстильщики-кустари преподнесли мне художественные сарапи (ковры) с моими буквами А. К., вплетенными в ткань. Другая группа преподнесла мне отполированный кокосовый орех с надписью (по-испански) "Товарищу А. Коллонтай. Империалисты тебя ненавидят, революционеры тебя любят. Да живет в наших сердцах дружба Мексики с Россией" и выжженными рисунками броненосца "Потемкин" и других революционных эмблем. Рабочие и работницы подарили мне всякие художественные кустарные изделия из воска, глины, сизаля и проч.

 Пресса отмечает, что еду в отпуск.

 У Кальеса я не была, я не хочу подчеркивать своего отъезда.