Норвежское правительство выдвигает новое требование

Норвежское правительство выдвигает новое требование

28 июня.

 Первое, что я сделала после подписания договора с селедочниками, это поехала с визитом к Рю Хольмбо. Он поздравил меня и выразил пожелания о сближении Норвегии с советским государством. Но я была разочарована этим визитом. Как только я заговорила о кредитах на будущий год, он твердо заявил, что вопрос об экспортных кредитах неразрывно связан с закупкой нами не только сельдей, но и другой рыбы, т. е. соленой и сушеной трески, в чем он заинтересован: "Это в интересах беднейшего населения Норвегии, рыбаков северного заполярного круга. Вы, как республика социалистическая, не можете не понять нашей заботы о беднейшем населении и поддержите нас в этом случае".

 Вопрос был новый, я ответила общими фразами. Но, уходя от министра торговли, со вздохом подумала: неужели у полпреда дела никогда не достигают конечной точки, а одно законченное дело неизбежно рождает новое?

 Не понравилось ему, когда я заговорила, что мы обзаводимся на севере тральщиками для ловли рыбы: "Траление, — сказал он, —  губит рыбу. Ваши поморы никогда не были искусными рыболовами. Рыбачество и засол рыбы — это дело опыта многих поколений норвежцев. Вы думаете, что вы убили поморскую торговлю всеми вашими лицензиями? Ничуть не бывало! Она существует, только контрабандным путем. Поморы и финмаркенцы на своих ялах продолжают встречаться с вашими рыбаками в море и там ведут меновую торговлю. Рыба на мех или оленьи шкуры, или на что иное".

 Рю Хольмбо ярый противник государственной торговли, он противник и хлебной монополии в своей же стране. Педерсен его не любит. (Педерсен в России, и, кажется, принят там хорошо.) Мои разъяснения Рю Хольмбо о принципах нашей торговли не помогли. Он нетерпеливо слушал меня, зажигая папироску за папироской и глядя мимо меня в окно. Как и все консерваторы, он борется против Педерсена и хлебной монополии в Норвегии. Но Педерсен и его монополия сумели завоевать поддержку большинства населения, и Хольмбо придется, по-видимому, пойти на новый план "рожь на сельдь" при переговорах с нами о кредитах на будущие годы или же их кабинет будет сброшен.

 За успех задачи Красина я не боюсь, а вот что скажет Москва насчет трески? "Еще новое дело", — как говорил мой секретарь Леленька Цветков в Наркомате соцобеса, когда что-либо не клеилось. Но ведь осиливали же мы тогда и более запутанные дела, одолею и треску...

 Педерсен задержался в Москве, приняли его хорошо, и с рожью выйдет. С ним поехала его старшая дочь, и, зная, что она мечтает о "русской шубке", я подсказала, чтобы шубку ей продали по оптовой цене.