— Разрешите? — В дверях показалась голова Коршунова.
— Входите, входите, — пригласил я.
Он поздоровался, положил на стол планшет.
— Сведения о Есипове. За десять дней до исчезновения Гребцова он продал дом. За двадцать восемь тысяч.
— У кого такие деньги нашлись? — спросил я.
— Это люди честные. Двенадцать лет на Севере работали… Дальше. За три дня до вышеуказанного события Есипов снял с книжки двенадцать тысяч — все сбережения. И сдал облигации трехпроцентного займа на десять тысяч. Деньги просил только сотенные и пятидесятирублевки…
Мы с Гранской переглянулись.
— Интересно, — заметила Инга Казимировна.
— В этот же день, — продолжал Коршунов, — у него случился пожар. Сарайчик загорелся. Соседи прибежали помочь — не пустил. Сам тушил.
— Где он сейчас живёт? — заволновалась следователь.
— У него ещё флигелёк был. Там и живёт.
— Срочно нужно его сюда.
— Слушаюсь, — ответил Коршунов. — Вы просили доставить Шатрова, он здесь. Прямо с работы.
— Хорошо. Трезвый?
— По-моему, он трезвее не бывает… Разрешите отправиться за Есиповым?
— Да-да, Юрий Александрович, — сказала Гранская. — Продолжим допрос, Захар Петрович? — обратилась она ко мне.
Мы вышли из кабинета. Навстречу поднялась молодая женщина.
— Здравствуйте, Инга Казимировна. Вы не могли бы меня принять?
— Здравствуй, Галя.
Вид у Максимовой был такой взволнованный и просящий, что Гранская растерялась. Посмотрела на меня и сказала:
— Захар Петрович, может быть, мы минут через десять?..
— Хорошо, Инга Казимировна. — Я подумал, что она поступила правильно.
Я вернулся в свой кабинет. Гранская говорила с Максимовой почти полчаса:
— Важный был разговор? — спросил я, когда она вошла ко мне.
— Вы знаете, зачем пришла Максимова? — вопросом на вопрос ответила Гранская. — Не догадаетесь. И как она узнала, что Гребцов здесь, ума не приложу… Так вот, она говорит, что, если у Гребцова какая-нибудь недостача или что-то надо компенсировать, готова отдать все свои деньги… Любовь!
Я посмотрел на часы.
— Да, любовь — это сила…
Гранская улыбнулась.
— Остальные двадцать минут я выясняла, как Гребцов познакомился с Есиповым Ильёй Митрофановичем…
— Они знакомы? — изумился я.
— Да. Максимова дружила с его дочерью, которая была очень больна, сердечница. Её надо было лечить, на курорты возить, а Есипов жалел денег. У него на сберкнижке лежали десятки тысяч, а жена ходила, как нищая. Галина говорит, очень интересная женщина была… Сам Есипов через весь город таскал ведра с помоями для свиней… Прямо Плюшкин и все. Жена не выдержала. Уехала с дочерью к сестре несколько лет назад…
— Действительно, динозавр какой-то.
— Приблизительно так же назвал его и Гребцов при первой встрече… Они с Галиной шли по городу. Встретился Есипов, поздоровался с Галиной. Гребцов поинтересовался, что это за голодранец. Максимова и рассказала ему про этого «голодранца» с тугой мошной. Гребцов только и вымолвил: «Ископаемое»… И Максимова очень удивилась, когда через несколько дней увидела их вместе. Гребцов объяснил, что встретил случайно.
— Ещё что?
— Все… Вижу, вы спешите?
— Очень. В райком. Продолжайте без меня, Инга Казимировна. Я потом присоединюсь.
Свободное копирование
