В ночь на 5-е ноября мы получили приказ грузиться.
«Маркизова лужа»[1] ревела и неистовствовала, словно и ее повысили в звании и сделали океаном. Баржи плясали на волнах, сталкиваясь железными бортами и пуская столбы под самые облака. Орудие за орудием, ящик за ящиком, повозка за повозкой закатывались в недра огромной баржи, придавая ей устойчивость. Испуганные лошади скользили по обледенелым сходням. Одна чудная кобыла упала, и ее задние ноги остались между бортами. Все мы бросились, чтобы задержать сближавшиеся борты соседних судов — по счастью, удалось спасти животное и втащить его на палубу, прежде чем столкнулись обе баржи.
— Поручик Стефанов?
— Готово!
— Подпоручик Сергиевский?
— Не могу поместить двух лошадей, нет места!
— Помещайте во что бы то ни стало. Ящики с водкой получили?
— Получили!
— На всех баржах?
— На всех!
— Раздайте по мерзавчику на каждого!
— Есть!
— Ну, а теперь… все разом! За нашу славную, доблестную, единственную в мире Первую батарею гвардейского стрелкового артиллерийского дивизиона, за ее лихих господ офицеров и за каждого из вас — УРА.
— Ура, ура, ура! — перекатывается с баржи на баржу
— Отдавайте причалы!
В полном мраке, прорезаемом полосами белых гребней, проходят баржи, одна за другою.
— Подпоручик Сергиевский?
— Здесь!
— Как обе последние лошади — плывут?
— Плывут!.. — слышится из мрака радостный голос.
— Слава Богу!..
Свободное копирование
