Как известно, всё проходит. Прошёл и месяц работы в колхозе. У нас начались занятия в институте.
Первые вводные лекции были интересными. Каждый лектор расписывал как важен и необходим его предмет для науки и техники, какие широкие горизонты открываются для его развития.
Для нас, бывших школьников, было непривычно, что нет никаких заданий на дом, прослушал лекции и "гуляй Вася".
Но такая лафа длилась недолго. Начались практические занятия и полились домашние задания, с которыми школьные упражнения и задачи не шли ни в какое сравнение.
В каждом ВУЗе, независимо от его профиля было обязательным изучение основ марксизма-ленинизма.
На первом курсе изучалась история коммунистической партии Советского Союза. На втором политэкономия социализма. На третьем философия марксизма-ленинизма.
При изучении этих предметов разрешалось использовать в качестве первоисточников только работы Маркса, Энгельса, Ленина и действующих на данный момент руководителей партии. Все остальные источники строго-настрого запрещались. В библиотеках их не разрешалось выдавать читателям, даже если по какой-то случайности они не были оттуда изъяты.
Когда спрашивали преподавателя, почему нельзя читать того или иного буржуазного философа, чтобы самому понять вредность его учения. Преподаватель обычно отвечал, что мы можем не разобраться и попасть под дурное влияние этого философа.
На одном из семинаров по истории КПСС у нас произошёл курьёзный случай.
Нам задали сделать конспект "Манифеста коммунистической партии", написанный Марксом и Энгельсом в 1848 году. Один из студентов нашей группы Рудик Давыдов, не читая, слово в слово переписал конспект своего отца, который начинался словами: "В этом году исполняется девяносто лет со дня написания первого программного документа научного коммунизма".
Через несколько дней в институтской газете появилось карикатурное изображение Рудика, корпящего над тетрадкой, и под ним четверостишие:
У Давыдова Рудольфа
Гениальное мышление.
Написал он свой конспект
За два года до рождения.
Рудик был 1940-го года рождения.